Рассылка


Если вы нашли ошибку на странице, пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите на клавиатуре Ctrl+Enter

Календарь

Сегодня Завтра

Комментарии

Епископ Варнава (Беляев)

ЕПИСКОП ВАРНАВА (БЕЛЯЕВ) О СОВЕТСКОЙ ЦЕРКВИ
(Из записных книжек владыки)

Епископ Варнава (Беляев)

Епископ Варнава (Беляев)

Алексей [второй советский «патриарх» - ред.], как в одном синодальном приказе говорится, «автоматически» отлучал тех, кто... одним словом, «коллаборационистов», как их называют на Западе. Но он сам такой же! Потому что «прикоммунивает», то есть работает в их (коммунистов) фарватере, вместе с ними. Это касается и митрополита Крутицкого Николая.

1953 г.

***

... Также ужасное противоканоническое и безумное распоряжение нынешней Патриархии от 8 сентября 1943 года [См.: ЖМП, № 1; Известия. 1943. 18 сент. № 221.], где что ни слово, то предательство Церкви и богохульство (за подписями Сергия, митрополита Московского и Коломенского; Алексия, митрополита Ленинградского; Николая, митрополита Киевского и Галицкого, и еще 16 человек [советских «епископов» – ред.]), об автоматическом отлучении неугодных Патриархии лиц; любопытна формула: «да числится отлученным».

Неужели и тут будем смешивать Патриархию и святую Церковь? Если это Церковь, то, по псалму, «церковь лукавнующих», и ее саму надо отлучить в свою очередь, не дожидаясь, когда это сделает Господь Иисус Христос. По заповеди апостола Павла: Измите злаго от вас самех [1 Кор. 5, 13].

1951 г.

***

Алексей [«патриарх» - ред.] все через своих [доверенных] лиц кричит: где я нарушаю каноны и православие?!

Теперь, конечно, это тонко делается. Вот как за него стоят: «Но Патриарх Алексий не осужден никаким цер­ковным судом (рано еще. — Еп. Варнава), никаким собо­ром (будет еще. — Еп. Варнава), не принадлежит никакой, осужденной соборами, ереси». (ЖМП. 1948. № 2. С. 44. [Курсив еп. Варнавы.])

Повторяю, вот именно «никакой, осужденной соборами, ереси» (уж не сознательно ли эти слова вставлены?!). А но­вую ересь, которой соборы не знали, вносит. Какую же?

Неправильное учение о мире. Не Христово учение, а подделку под него, вообще бесовское учение, лесчее. Допускает игру словами, как и архиепископ Кентерберийский сказал ему.

В самом деле, Господь сказал: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мир дает, Аз даю вам» (Ин. 14, 27).

Сейчас идет кампания за мир по всему свету, но этот мир не есть Христов. Ни в мистическом смысле, ни даже в церковно-общественном. У них все разное: цели (глав­ное — цели), средства, содержание понятий, точки приложения сил и проч. и проч.

И вопрос этот, в области христианства и спасения, не маленький. Мир Христов связан с самим догматом искупления (см.: Кол. 3, 15). Мир Божий — превыше всякого ума (Фли. 4, 7), и всякий, кто неочищенным умом рассуждает о нем, вредит себе, а уж проповедовать его в нечистом смысле — это ересь уже, а не раскол.

---

Речь Алексия, Патриарха Московского и всея Руси

«Уважаемые друзья, защитники и поборники мира, собравшиеся со всех концов Советского Союза для совме­стной работы в пользу мира!..

Наша Церковь, пользующаяся неограниченной свободой в своей внутренней жизни и деятельности, согласно Сталинской Конституции, которой через несколько дней исполняется 15 лет, считает своим долгом помогать укре­плению мира воспитанием верующих в духе верности гражданскому долгу и вменяет в вечное спасение мирный труд на пользу ближних и Родины...

...Мы неуклонно стоим... за мир во всем мире как за пра­вое дело, мы с убеждением и уверенностью повторяем вещие сталинские слова: "Наше дело правое — победа будет за нами!" (Аплодисменты)».

---

И вообще «ступание» нога в ногу с Партией — это ересь. Это дело антихристово. И если «тайна беззакония уже деется», как говорит апостол Павел, то неужели предстоя­тель Церкви должен принимать участие в ее распространении? Можно бы подумать, что Патриархия не понимает того, что у нее перед глазами, но нет, в ответе архиепис­копу Кентерберийскому ею (или за нее) сказано, что не все, дескать, сразу можно от людей требовать хорошего, хоть бы и так дело шло.

Не порочна ли миссия подобного «миротворчества»? Ведь раньше такого оживления никогда не было. Откуда же у косных людей такая прыть взялась?

Опять же, когда внимательно читаешь «ЖМП», невольно, как в проявленном палимпсесте, выступает из явного текста еще другой — неявный. На глазах высту­пает странное совпадение с целями, желаниями, идеями коммунистов. В устах Патриарха звучат слова, что Рус­ская Церковь («эмпирически» патриаршая) «чужда ка­кой-либо политики» (ЖМП. 1948. № 2. С. 62). Но если Церковь строго отделена от государства, зачем Патриарху отлучать и проклинать «автоматически» (!) тех, кто идет против государства? (Известное послание против тех, кто сотрудничал с немцами... А как же в Первую гер­манскую войну было? Уживались с врагом мирно, и здесь и там никого не преследовали!)

1951 г.

***

[Патриарх] Алек­сей спрашивает, пусть через подставных лиц в «ЖМП», да и прямо в [своих] посланиях: укажите, где я погрешаю против Православия? И сам отвечает, что тот будет «авто­матически» отлучен (!), кто не будет слушаться его распо­ряжений (между прочим созвучных с декретами власти). А вот святые основатели «чудотворной» обители Печерской, не касаясь догматических вопросов Православия, чисто на политической почве, находили нужным и обяза­тельным для себя, даже до смерти или гонений, восста­вать и против государственной власти, и против церков­ной. Ибо последняя также ведь ухитрялась тогда как-то жить в «мире» с первой.

Повторяю, из-за чего же у Антония и Феодосия война была вплоть до изгнания их из монастыря, скрывания и проч.? А дело в том, что они не хотели, как теперь гово­рят, «прикоммунивать».

1955 г.

***

Говорила Зина, что есть у нас в городе какой-то поп Кон­драт. («Знаете ли вы ИПЦ?» Оказывается, это Истинно-православная церковь.) И он (служит на Борщаговке) — истинный провокатор. Вроде как стоит в оппозиции к Па­триарху Алексею (и значит, к Экзарху Иоанну) и в то же время признает последнего. В общем, ничего не понимаю. Если он признает Ивана, то значит уже не представитель ИПЦ, а если он представляет последнюю, то должен не поминать Алексея, Ивана и самую соввласть! Говорят, что все это для простого народа, который не разбирается ни в чем, но разбирается только в том, что духовенство это красное, Церковь незаконная и, по словам следовате­ля, «народ ходит в церковь только ради мощей, а духовен­ства этого не признает». Так значит, чтобы узнать, какие такие это люди, и придумали поймать их на удочку ИПЦ, переписать их всех у Кондрата в церкви.

1954 г.

***

... Наш Алексей-гепеушник [сов. «патриарх» - ред.] (поскольку его Патриархия представляет собою филиал НКВД) и то лучше поступа­ет: ни вашим ни нашим... И поскольку услужил больше­викам, правительство наградило его вторично орденом Трудового Красного Знамени, как сказано в Указе Прези­диума Верховного Совета СССР, отличая его выдающую­ся патриотическую (теперь синоним для «коммунистиче­ской») деятельность «в период Великой Отечественной войны и после нее». (См.: ЖМП. 1952. № 11.)

1954 г.

***

Сегодня уезжает М. К. с Таней (Таисией). Дала мне по­читать обращение епископа Афанасия (Сахарова) [1887-1962 гг. Еп. Афанасий с 1927 года разделял взгляды декларации митр. Сергия, но затем отделился от него за узурпацию власти, как от «захватчика власти первоиерарха», принадлежал к непоминающим. В 1945 году признал законность избрания архиеп. Алексия (Симанского) патриархом, а Московскую Патриархию – истинной церковью. После освобождения стал апологетом правого крыла в сергианстве, называемого также «советскими катакомбами» - ред.] за его собственной подписью, распространяемое им «по вопросу о хождении в храмы, о признании патриарха Алексея и находящегося в его ведении духовенства».

Сперва идут общие рассуждения об учении о Церкви, ее святости, священноначалии, о благодати, преподавае­мой людям даже через недостойных священнослужителей. Лишь бы они ересь с церковного амвона не распространя­ли.

...

«В настоящее время положение церковных дел совер­шенно не похоже на то, что было при митрополите Сергии... Иного первоиерарха, кроме патриарха Алексия, в рус­ской Церкви нет. Его признали таковым все восточные патриархи. Его признали все русские иерархи. Не дерзаю уклониться от него и я».

«...Может быть, иное в деятельности Патриарха Алек­сия соблазняет, смущает, заставляет ревнителей насторожиться. Но все это не лишает ни его, ни подведомственное ему духовенство благодати».

«Ереси, отцами осужденной, Патриарх Алексий и его сподвижники не проповедуют».

Теперь не этих Соборов время, а XX век. См.: 2 Фес. 2, 7. И догматы [нарушаются] другие, более тонкие.

1958 г.

************

Зина на приеме в Экзархате совершенно случайно услы­шала фразу из разговора. Последнюю произнес только что вошедший, приехавший издалека, иеромонах. Отве­тил он на чей-то вопрос: что остался жив он, еще один и протоиерей Савва [Петруневич]. Опускаю, как они его разыскали, как пригласили. Он рассказал им о себе и об интересующем их лице.

Приехал он с Северного Урала. Был осужден на 10 лет. Теперь его отпустили (он монах Ионинского монастыря), дали паспорт (конечно, с отметкой) и взяли подписку: ес­ли он разгласит то, что видел, — получит пять лет. А видел он много.

Приехал он из города Ивдель. Это к северу от Сверд­ловска. В этом городе простых жителей нет, все ссыльные. Но бесконвойные. А вот еще к северу, сто верст лесом, там начинаются лагеря, множество. (Протоиерей Савва — на семидесятом квартале. Что это за термин, не знаю, но цифра внушительная.) По его словам, на сотни верст, чуть ли не до Нарьян-Мара или Карского моря (он сказал, 250 верст до него, но это не так).

Впереди этих лагерей — страшный кордон. На нем три тысячи человек, целый полк охраны. Никого не пропускают, как, по Евангелию, об аде сказано: ...так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят, утверждена великая пропасть (Лк. 16, 26). Но ее не переходят, а обходят тайными тропинками.

В этих лагерях собрано так называемое тихоновское ду­ховенство, которое, действительно, патриарха Алексея не признает и других об этом поучает, и разные «бывшие» люди, имевшие связь с заграницей, и проч.

Изоляция полная. Так, например, они не знали даже, что война была. И только когда после войны прислали к ним еще пополнение, они узнали, что была война. В это время у них было особенно голодно. А в общем, как и У нас: соленая рыба, тюлька знаменитая, восемьсот грам­мов хлеба — работаешь или не работаешь. У каждого — Постель, подушка, тюфяк, одеяло, постельное белье. Протоиерей Савва делает ложки деревянные и бельевые прищепки. Он постеснялся сказать при его матушке: стал о. Савва стар, трясется (на нервной почве), сидит уже 22 года, а теперь навечно. Много они молятся, вычитывают службы и друг с другом не разговаривают. Хотя публика как будто однородная, однако боятся тайных предателей. Ни писем, ни записок передать нельзя. Если случаются оказии, то передатчики заучивают наизусть текст полу­ченных ими писем. Как именно это делается, то есть доводится до сведения того или другого лица, опускаю. Есть там подвижники, прозорливцы (еще бы при такой жизни не быть). Но не нужно забывать, что люди в древние мо­настыри шли добровольно и на худшее, чем это. Сейчас — «заключение», а у них назывался «затвор». А условия жизни первых насельников Киево-Печерской лавры, преподобного Сергия и других разве такие были?

Кто хочет, может не только этим утешаться, но и сми­ряться, почитая, что он пришел в «покой» (ср. выражение святых отцов-пустынников).

Вот еще ужасающая подробность. Как-то вызывают по одиночке их в НКВД. Предлагают сесть. Пододвигают тарелку: на ней колбаса, яблоки, печенье (ср. в житиях).

Начинается разговор.

Оказывается, от лица Алексея предлагается бумажка-заявление, которое надо подать ему. В нем говорится, что такой-то, добровольно завербованный на лесные ра­боты (это люди-то, сидевшие десятки лет в заключении, в тюрьмах и лагерях, и «ни за что», как сами большевики всегда выражаются за границей, когда их там тоже судят и сажают «только за то, что они не согласны с мнением правительства, или за то, что они по убеждению коммунисты, или за то даже, что желают своей родине свободы, мира и так далее»!), хочет теперь возвратиться на родину и просит ходатайства об этом Патриархии (чего же хода­тайствовать, когда добровольно нанялся?!). Ну, конечно, надо признать Алексея как законного Патриарха.

Можно понять обиду, оскорбленное и поруганное чувство этих людей. И кто же предлагает? Ведь власти, собственно, — даже если бы они и были главными в этом деле — здесь ни при чем. Возмущают не они, а поведение Патриарха. Вот против кого возгорается негодование. И, понятно, никто не подписался.

1952 г.

***

Был тут некий инок Эразм. Он поселился в Ирпене (дачная местность под Киевом), приобрел домушку и стал старчествовать. Дело дошло до митрополита Иоанна [Соколова (1877-1968)] (через кого — можно видеть из дальнейшего). Последний предложил ему поместиться на житье в лавре. Так как это было равносильно приказу, Эразм переехал. И вот однажды назначили его, с умыслом ли или просто в порядке очереди, неважно, служить с митрополитом. Он стал служить. Но когда дошло дело до причастия, он отказался.

Таким образом открылось, что он состоит в оппозиции к Московскому Патриарху Алексею и Экзарху Украины, то есть не признает их Церковь за истинную. Но зачем же он, святая простота, согласился вообще служить? Сослался бы хоть на здоровье...

Что следует в дальнейшем? Надо бы ожидать какого-нибудь административно-покаянного взыскания от митрополита Иоанна по церковной линии? Нет. А как выражаются, я слышал, работающие там, его зацапали «по линии МГБ». И послали в лагерь, недалеко от Фастова [город]. Ну, старец там и умер. Это даже естественно в его годы. Но дело этим не кончилось. Самое интересное для верующих только начинается, вернее, этим кончается. Его бывшие духовные дети пожелали помолиться о нем и отпеть хотя бы заочно, как теперь принято. Но панихиду-то отслужили, а в отпевании отказали. «Отлучен».

(А ведь такой человек, например, как умерший епископ Феодор [Архиеп. Феодор (Поздеевский)], ректор Московской духовной академии, сам Патриарха отлучил и считал их [его приверженцев] за переодетых сапожников. Поэтому причастия их не принимал и постоянно своим духовным детям рассылал свое.)

1951 г.

***

[Про архим. Серафима (Батюкова)]:

Еще рассказывала В.И.

...

Серафим скрылся из Москвы, очевидно испугавшись не только трудностей, но и сделок с совестью, и возможности заключения, и всего прочего. И приютился в Загорске у двух сестер. У них был домик, они дали ему отдельную комнату. Они тщательно охраняли его-покой, и ни одна Душа не знала, что он живет у них. Выходил он подышать воздухом лишь в проливной дождь, по ночам, когда пред­полагал, что никто не мог с ним встретиться. Так прошло несколько лет. Его хватились. Колчицкий говорит: «Не я буду, если его не найду. Со дна моря достану, из-под земли выкопаю». Очевидно, ему было дано такое задание, ибо совершенно непостижимо, почему он был так заинте­ресован в этом и так его все это трогало. Ну, исчез человек, и ладно. А отсюда следует, что у советской власти есть своя сеть разведки, а у Патриархии — своя: «мироноси­цы» Колчицкого занимаются по церковной части.

Наконец арх. Серафим почувствовал, оче­видно, что скоро умрет. Распорядился, чтобы его никто не отпевал, положили во гроб так-то и зарыли в подполе. Сестры так и сделали. Прошло еще сколько-то времени.

До сих пор они были немы как рыбы. А теперь, возмож­но, пришла им мысль, что острота события прошла, или это страсть женщин к болтовне прорвалась наружу. Как бы то ни было, одна из них доверила какой-то «подруж­ке» (вот тоже доверенное лицо!) свою тайну. А у той, ко­нечно, была своя «подружка». Ведь событие интересное, не правда ли? И дошло... до Колчицкого. Не знаю, до кого вперед: до ГПУ или до Патриархии. Но действовали они вместе. Ночью оцепили усадьбу, были представители от Патриархии. Вырыли тело и увезли неизвестно куда. Сестер выслали или еще строже наказали (одна из них уже старушка была). Вот в главных чертах история.

1952 г.

************

Лжеучений много. И они растут, как грибы после теп­лой дождевой погоды, и так же пропадают и лопаются, как дождевые пузыри. Конечно, каждое кричит о себе, что оно «вечно» и что старое уже «никогда» не вернется. Но если отдельный человек иногда десятки лет пребывает в ослеплении, то, конечно, целый народ не может скоро восстать и осознать свои ошибки. Пройдет, может быть, пятьдесят, сто, полтораста лет... Но, как показывает нам история, неминуемо ложные идеи и рабство разоблачают­ся и уничтожаются. От них остается горечь осознанных ошибок, а потом бледные воспоминания па пыльных стра­ницах ученых трудов буквоедов-историков и мучитель­ная скука для ребят в школьных учебниках. Впрочем, она и теперь есть, как пишут в газетах, на уроках но диамату...

1954 г.




Материал подготовлен редакцией сайта eshatologia.org по источнику: "дядя Коля против...": Записные книжки епископа Варнавы (Беляева). 2010. сс. 377, 147, 203-205, 635-636, 559, 568, 701-703, 311-312, 143-144, 309-310, 563.


Добавить комментарий


© 2009-2017 eshatologia.org. Сайт Архиепископа Виктора (Пивоварова).
При перепечатке материалов активная ссылка на сайт www.eshatologia.org обязательна.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Союз образовательных сайтов Маранафа: Библия, словарь, каталог сайтов, форум, чат и многое другое. Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru