Рассылка


Если вы нашли ошибку на странице, пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите на клавиатуре Ctrl+Enter

Календарь

Сегодня Завтра

Комментарии

СВЯЩЕННОМУЧЕНИК АНДРОНИК (НИКОЛЬСКИЙ)
Архиепископ Пермский

Священномученик Андроник (Никольский)

Священномученик Андроник (Никольский)

Священномученик Андроник (Никольский), архиепископ Пермский (в миру Владимир Александрович Никольский) родился 1 августа 1870 года в семье диакона Ярославской епархии. Первоначальное образование получил в Ярославской Духовной семинарии, где принял иноческий постриг. По окончании семинарии поступил в Московскую Духовную академию; на втором курсе в день своего рождения, 1 августа, был пострижен в монашество с именем Андроник. По окончании в 1895 году академии рукоположен в сан иеромонаха и назначен помощником инспектора в Кутаисскую Духовную семинарию. Через год иеромонах Андроник был назначен преподавателем, а затем инспектором Ардонской Александровской миссионерской семинарии.

В 1897-1899 годах - член миссии в Японии. С 1900 года - ректор Уфимской духовной семинарии в сане архимандрита. 5 ноября 1906 года о. Андроник был хиротонисан во епископа Киотосского и назначен помощником просветителя Японии архиепископа Николая (Касаткина).

В июле 1907 года уволен на покой. Но уже в октябре командирован в Холм для замещения епископа Евлогия (Георгиевского) во время сессий Государственной Думы. 14 марта 1908 года епископ Андроник был назначен епископом Тихвинским, первым викарием Новгородской епархии. Именно в это сложное время Владыка занял активную общественную позицию, согласившись стать почетным председателем Новгородского отдела Союза Русского Народа.

Отношение святителя Андроника к Г.Е. Распутину всегда было резко враждебным. В своих письмах он называл его «Гришкой», «перефамиленным», «диаволом». Распутин боялся Владыку, и если останавливался в Перми, то избегал общения с ним.

После убийства Распутина в своем письме от 19 мая 1917 г. Владыка писал: «С шумом погибла память Питирима, продавшегося дьяволу в лице Гришки. А память сего еще скорее и с большим шумом погибнет».

Епископ Андроник Тихвинский, викарий Новгородской епархии, 1908 г.

Епископ Андроник Тихвинский, викарий Новгородской епархии, 1908 г.

В 1909 году епископ Андроник был приглашен на Съезд Русских Людей, проходивший в Москве с 27 сентября по 4 октября. Однако служебные обязанности помешали Владыке прибыть. Сожалея об этом, он направил в адрес Съезда телеграмму, в которой писал: "Могу лишь ограничиться самыми святыми пожеланиями всему высокопатриотическому Съезду. Да пребудет над всем его делом Вседержавный Покров Царицы Небесной, так дивно спасавшей нашу святую Русь во все прежние годины лихолетий и бед, на нее находивших. Да исполнит она мудрости и бодрости всех мужественных исповедников Российской Святыни - Православной Веры, собравшихся ныне в Первопрестольной Москве, окормляемой ее небесными Святителями, и поднесь от лет древних почивающими своими нетленными телами в храме Пречистой. И под натиском жидовской революции оставшиеся верными святой Руси и русской народности Русские люди отстояли ту и другую. А теперь развернувшееся русское родное знамя да соберет под свою державную сень родную землю, как один человек. Да просветится Русская страна".

В марте 1913 года епископ Андроник получил самостоятельную кафедру - он был назначен епископом Омским и Павлодарским. Через год его перевели в Пермь.

Революционные события февраля 1917 г. Владыка воспринял крайне враждебно. 3 марта 1917 г., когда сведения об отречении царя Николая II достигли Перми, Владыка собрал совещание высших начальников губернии, на котором объявил, что Русская Церковь всегда была хранительницей и защитницей порядка, и теперь должна не оставаться равнодушной зрительницей происходящих бедствий, но возвысить свой голос в защиту порядка, который немыслим без самодержавного Государя.

4 марта Святитель обратился с архипастырским призывом ко всем православным христианам Российской Церкви. Он писал: «Среди грозных событий тяжкого времени, перед лицом стоящего у врат Отечества лютого и коварного врага, совершилось событие величайшей важности и священности. Боговенчанный Государь Император Николай II Александрович, в своей неподкупной совести предавая себя в десницу Всевышнего Сердцеведца, сложил с главы своей царскую корону, отрекшись от царского престола с передачей такового своему царственному брату великому князю Михаилу Александровичу. Да будет воля Всевышнего.

Но сегодня телеграфное агентство принесло телеграмму о том, что великий князь Михаил Александрович решил принять верховную власть в том лишь случае, если такова будет воля всего великого народа нашего через всенародное голосование. Вместе с тем великий князь Михаил Александрович просит всех граждан державы Российской подчиниться Временному правительству, теперь облеченному всей полнотой власти, впредь до выражения всем народом своей воли.

Так Божиим испытанием пока остаемся мы в междуцарствии. Ко всем тяготам переживаемого нами времени прибавилось это новое испытание. Среди таких обстоятельств именем Божиим и для блага Родины нашей призываю всех православных чад Церкви и граждан державы Российской оказывать всякое послушание Временному правительству, сохранять всяческое спокойствие, всякому на своем месте и деле усилить работу на славу и благополучие Отечества, чтобы жестокий враг не воспользовался создавшимся трудным положением в стране нашей. Пусть всякий свято сознает свой гражданский долг перед лицом врага и при тяжких условиях в Отечестве.

Особенно же по долгу архиерейства и от беззаветной любви моей к дорогому Отечеству призываю всех от мала до велика с горячим и откровенным усердием устремиться на молитву ко Господу Богу о Его всесильной нам помощи среди создавшихся трудных обстоятельств. Будем умолять Его, Всещедрого, да устроит Сам Он власть и мир в земле нашей, да не оставит Он нас надолго без царя, как детей без матери. Будем умолять Его, да не попустит, чтобы прикоснулся к нам враг губитель, да не будет новою скорбию унижен весь народ наш. Да поможет Он нам, как триста лет назад нашим предкам, всем единодушно и воодушевленно получить родного царя от Него, Всеблагого Промыслителя.

Призывая Божие спасительное благословение, вместе с тем призываю всех к послушанию, к миру, к усиленному труду и тем более к усердной молитве перед Богом, Который только и может сохранить нас от новых бед, а существующие беды обратить в ничто...»

На Пермской кафедре

На Пермской кафедре

5 марта в Спасо-Преображенском кафедральном соборе при огромном стечении народа на литургии после чтения Евангелия Епископ сказал: «Ведаю, братие, что ждете от меня слова по поводу всех переживаемых нами событий. Но что же я могу сказать вам, грешный, кроме той печали, которая обдержит сердца наши... Итак, не стало у нас царя. И Церковь не смеет провозгласить в своих молитвах и песнопениях эту самую, народом исторически созданную святыню народной души, постепенно, в дали веков из разрозненности объединившую весь великий русский народ во единого соборного человека с созданием великого государства Российского... Что же нам делать среди таких испытаний? Прежде всего... призываю всех русских граждан проявлять полное подчинение Временному нашему теперь правительству, облеченному всей полнотой власти и не без воли Божией взявшему бразды правления в такое тяжкое время. Пусть все и всякий помнят сие апостольское слово: всяка душа да будет покорна высшим властем, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. И потому надо повиноваться не только из страха наказания, но и по совести (Рим. 13, 1, 5), да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен (2 Тим. 3, 17)... Отечественная опасность требует от нас дела и работы для устранения всей разрухи в стране нашей. От нас требуется не только удвоенное усердие в деле, но прямо подвиг и самоотречение... Возьмемся... за дело честное, доброе, пред лицом Всеведущего Бога себя поставляя, в святой заботе о целости дорогого Отечества. Пусть никто не брезгует никаким трудом для блага его. Не время безделью и развлечениям. Нашей беспечностью и постыдностью да не осквернится лицо земли Русской. Месяца два назад я посылал свою слезницу к высшей нашей духовной власти по поводу переживаемых событий. Охарактеризовавши всю тяжесть грозного момента и уверенно, безбоязненно указывая на угрожавшую нам опасность, я умолял войти в Совет Министров, в Государственную Думу и Совет и даже к самому царю и умолять их прежде всего о прекращении — если не на все время войны, то хотя бы на время сего Великого поста — о прекращении всех увеселений, этого пира во время чумы, умолять о том, чтобы начата была беспощадная борьба со всяческой ложью, бездеятельностью, беспечностью, злоупотреблениями, изменою, от которых Отечество в опасности, дабы не разверзлись над нами небеса гнева Божьего за эту подлую пляску в братской крови. Люди пляшут, смеются, веселы, купаясь в братской крови, проливаемой на поле брани, радуясь, как брызжет она, сверкая на солнце в своих каплях, во все стороны разлетающихся. Ведь это преступление пред братской кровью, пред кровью нашей многострадальной геройской армии. Так я писал тогда. Но на это свое моление я не получил и ответа; вероятно, только улыбнулись на него, как на пустую затею не в меру ревнующего человека, видящего опасность там, где нет ее. И доулыбались, и довеселились до того, что потекла кровь не только на поле брани от врагов, но и в стольном граде братская кровь от междоусобицы. И довели мы себя до такого тяжкого состояния. Вот наше горе и плач, и неведомо, когда они прекратятся. Но вот и последнее мое слово о том, о чем так часто не переставал и не перестану взывать ко всем. Потому так много бед обрушилось на нас, что тяжко мы согрешили пред Богом, отступили от Него, превозносясь сим богоотступничеством. Посему покаемся в этом, оставим все, чем прогневляется Бог. Настало время благоприятное, ныне день спасения. Отложим дела темные. О, если бы было обращение к Богу души соборной-народной, дабы увидел Он, что признаем мы себя греховными пред Ним, что мы Отцом своим называем Его и к Нему Единому припадаем. Повторяю — Отечество в опасности. Только один Всемогущий Бог может извести нас из этого тяжкого положения. Только Он может спасти нас и устроить все, изведя людей мудрых и сильных, которые смогли бы провести наш корабль народный смело и верно к тихой пристани среди всех бурь и подводных камней и передать нам Великую Россию полною духовных и вещественных благ.

Молю всех и каждого: передайте от меня слышанное всем близким и соседям вашим, воодушевляйте друг друга, обращаясь ко Господу с покаянием. Ты же, Недоведомый Милосердный Господи Боже, ведь это Ты в древности из рассеяния собрал великий русский народ и устроил страну нашу родную. Это Ты полоненную Россию освободил от ига татарского. Это Ты во времена лихолетья триста лет назад из пепла восставил Россию в крепости, изведя мужей мудрых и сильных на дело спасения Отечества. Это Ты сто лет назад, когда Наполеон сидел уже в сердце России — в Москве, тогда Ты же из огня и пламени спас Россию, изгнавши самих супостатов наших от нас. И нас, Боже, возведи в силу и славу, когда увидишь наше покаяние, когда люди, как дети, прострут к Тебе руки, на Тебя Единого надеясь, Тебя Единого имея своим Помощником и Покровителем. Ты, Господи Боже, и с нами сотворил дивные чудеса в первое время этой кровопролитной войны. Сколько раз Ты отверзал самое небо, и наши чудо-богатыри видели Царицу Небесную, им помогающую. Мы видели, как в таких знамениях небо соединялось с землею, и в первый год войны познали это небо на земле и сами себя почувствовали небесными. Но все это исчезло уже, ибо мы в этом не познали Твоей милости к нам и возгордились. Но Ты Сам, Господи, возврати нас к Себе, вложи страх Твой в нас и объедини и примири всех нас, да все едиными устами, как один человек, восхвалят Тебя. Вонми молитве нашей. Изведи нам мужа благодатного, да приведет нас к полному единству и покою, и да не посмеется над нами враг наш в нашей взаимной распре. Да поверят в Тебя все русские люди, да не погибнет немощный брат наш. Знаем, Господи, Ты не дашь нам вместо хлеба камень и вместо рыбы змею. От Тебя мы все примем и понесем с терпением. Так молитесь ко Господу сами, учите так молиться и детей ваших и других к тому призывайте. Устремляйтесь не в театры и кинематографы, а в церкви Божии, и здесь припадайте ко Владычице, да со всеми святыми умоляет о нас разгневанного нами Милостивого Господа. И Господь Бог призрит на это наше к Нему моление и проявит к нам Свое всепрощение и милость. Тогда минует разруха нашей жизни, минует опасность для Отечества, и Сам Господь, как нашим предкам, изведет нам мужа мудра и добра...»

Храм Воздвижения Животворящего Креста Господня в Белогорском монастыре. В центре епископ Пермский Андроник, слева и справа от него священномученики: его викарий, епископ Соликамский Феофан (Ильменский), и настоятель монастыря архимандрит Варлаам (Коноплев). 1917 г.

Храм Воздвижения Животворящего Креста Господня в Белогорском монастыре. В центре епископ Пермский Андроник, слева и справа от него священномученики: его викарий, епископ Соликамский Феофан (Ильменский), и настоятель монастыря архимандрит Варлаам (Коноплев). 1917 г.

Признавая законную власть Временного правительства епископ Андроник, однако, не переставал всеми силами бороться за восстановление на Руси Православной Монархии, считая что это еще может произойти на предстоящем Учредительном Собрании, и что Русский народ должен сам избрать себе форму правления. В своем письме от 16 апреля 1917 г. обер-прокурору В.Н. Львову он писал:

«Узаконяющий Временное правительство Акт об отказе Михаила Александровича объявлял, что после Учредительного Собрания у нас может быть и царское правление, как и всякое другое, смотря по тому, как выскажется об этом Учредительное Собрание. Посему и министр Милюков, по организовании Временного правительства, объявил собравшемуся к нему народу, что Исполнительным Комитетом [Государственной думы] намечена в России «парламентская и конституционная монархия» с царем из Дома Романовых /буквально - не помню его слов/. Подчинился я Временному правительству, подчинюсь и республике, если она будет объявлена Учредительным Собранием. До того же времени ни один гражданин не лишен свободы высказываться о всяком образе правления для России; в противном случае излишне будет и Учредительное Собрание, если кто уже бесповоротно вырешил вопрос об образе правления в России».

29 апреля 1917 года Святейший Синод постановил «созвать... для обсуждения назревших вопросов, касающихся устроения Православной Российской Церкви, Предсоборный совет», который предполагалось собрать к 11 июня в Петрограде, с тем чтобы на следующий день он начал работу; в него должны были войти, кроме присутствующих в Синоде архиереев, еще семь, избранных «правящими епархиальными Преосвященными и их викариями из своей среды». Всем архиереям были разосланы Синодом телеграммы с просьбой представить семь кандидатов.

Общим голосованием от всей Российской Церкви было избрано 7 архиереев, среди которых оказался и епископ Андроник, получивший от епархий 27 голосов.

15 августа 1917 года в Москве начал работу Поместный Собор Российской Православной Церкви. На Соборе Владыка вошел в состав издательского отдела и был одним из энергичнейших его деятелей. «Огнь пылающий» — звали его участники Поместного Собора.

7 декабря 1917 года были избраны шесть членов Священного Синода и шесть их заместителей, среди которых был и Святитель Андроник, как получивший более половины голосов.

На Соборе Владыка выступил против введения единоверческих епископов, что стремящиеся к приобретению своего епископа-единоверца стремятся не столько к благочестию, сколько к отделению от Русской Православной Церкви, к тому, чтобы завести свою автокефалию на канонической территории Русской Православной Церкви, что может явиться началом нового раскола.

После революции октября 1917 и воцарения большевиков, владыка Андроник был одним из самых ярких их обличителей.

В декабре 1917 он выступил с воззванием к пастве, в котором писал:

«...Волна не только государственной разрухи, но и безбожного антихристианского восстания на Церковь Божию докатилась и до нашей Пермской земли, Развратившие народ враги Церкви теперь толкают ее же сынов — православных христиан всячески ругаться над Церковью, над верой и над священством... Посему от скорби великой и туги сердца своего объявляю всем православным христианам, еще не забывшим, что они православные: пусть все знают, что всех посягающих на церковное имущество, всех насилие и надругательство причиняющих духовенству — всех таковых предаю строгому суду Всевидящего Бога, Который лучше всякого начальства знает, кто в чем виноват, и рассудит таковых по Своей правде. А правда эта вот какая. В одной епархии жители одной деревни выкосили у соседней женской обители покос и, высушивши, поехали домой с сеном; но каково же им было увидеть, что деревня их пылает в огне; они сами сознались, что это Господь их наказывает за монастырский покос, — поворотили своих лошадей и все сено привезли в монастырь. Не боящиеся никакого начальства и закона человеческого пусть убоятся этого суда Божия...

Дорогие братья, православные христиане! Или еще мало нам, что идет разбой и грабеж всюду среди белого дня, что происходит страшная братоубийственная бойня в земле нашей, расхищаемой со всех сторон русскими же людьми? Умоляю всякого русского, кто еще хоть малость сохранил веру в Бога и любовь к многострадальной и погибающей уже Родине, — умоляю всякого встать на защиту Церкви и России. Собирайтесь, православные, по приходам около храмов ваших под руководством ваших отцов духовных и прочих благомыслящих людей. А вы, отцы духовные, — заклинаю вас вашею иерейскою клятвою перед Богом, — встаньте истинными, добрыми и ревностными руководителями своих духовных пасомых христиан. Собирайте их, учите, воодушевляйте на правое дело стояния за веру и Отчизну родимую...»

В январе 1918 г. после издания «Декрет Совета Народных Комиссаров об отделении церкви от государства и школы от церкви» епископ Андроник велел оглашать в соборе и храмах своей епархии выпущенное в ответ на декрет Воззвание Поместного Собора, после чего приказал протодиакону возгласить на большевиков анафему.

«...Отцы и братие! – обращался владыка к пастырям и пасомым своей епархии, - Тяжко было доселе всем в России. Но уже настал час еще большей и страшной тяготы, решающий судьбу нашего Отечества. Уже открывается почти явное гонение на святую нашу веру. Уже выкрикивают отщепенцы от веры, что надо отобрать церкви и монастыри и обратить их в театры и подобное. По меньшей мере, посягают отобрать церковное имущество и драгоценности — святые жертвы отцов и дедов наших. Предполагать отсюда можно и еще худшие посягновения на Святую Церковь. Время страшное, время если не антихристово, то весьма предшествующее ему по своим признакам. А мы будем бездействовать?! Да не будет сего осуждения на нас...».

В одной из своих проповедей, обращаясь к агентам и доносчикам среди прихожан, Владыка сказал:

— Идите и передайте вашим главарям, что к дверям храмов и ризниц они подойдут, только перешагнув через мой труп, а при мне и гроша ломаного церковного не получат.

Во время обыска 16 апреля один из чекистов спросил его:

— Кого вы в своих посланиях разумеете под разбойниками?

— Всех, кто захватывает церковное достояние, пожертвованное Господу Богу.

— Значит, этим воззванием вы призвали темные массы к вооруженному сопротивлению советской власти?

— Читайте документ, — о чем он говорит. Моя вера и церковные законы повелевают мне стоять на страже веры, Церкви Христовой и ее достояния. Если этого не буду исполнять, то я перестаю быть не только архиереем, но и христианином. Посему вы можете меня сейчас же повесить, но я вам гроша церковного не выдам, вы через труп мой пойдете и захватите, а живой я вам ничего церковного не дам. Так я сам верую и поступаю, призываю и православный народ даже до смерти стоять за веру, Церковь и церковное достояние; к этому и буду призывать — это мой долг архиерейский.

В центре епископ Андроник, крайний слева епископ Соликамский Феофан (Ильменский), 1917 г.

В центре епископ Андроник, крайний слева епископ Соликамский Феофан (Ильменский), 1917 г.

12 апреля 1918 г. указом святого Патриарха Тихона епископ Андроник был возведен в сан архиепископа.9 мая в Перми им был организован торжественный общегородской крестный ход. В нем участвовали тысячи людей во главе с самим Святителем. Развевались многочисленные хоругви, всем народом пелись пасхальные ирмосы, священники призывали верующих к объединению у Креста Распятого Христа. Это было подлинное торжество православия. Архиепископ, напутствуя расходящиеся по своим храмам приходские крестные ходы, говорил, что враги христианства восстали на Церковь Христову, а в Церкви — наши устои, сохраняющие от развала и уничтожения нашу нацию. Враги Церкви посягают на церковное имущество, собранное в течение веков верующим народом; Владыка заявил, что, преемственно получивши власть, данную Христом апостолам «вязать и решать грехи людские», отлучает от Церкви посягающих на храм Господень, доколе они не исправятся. А если ему и смерть придется принять, то он готов умереть.

14 июня власти приказали Архиепископу явиться к ним для ответа на вопросы обвинения. Народ, узнав об этом, стал скапливаться на соборной площади. Приказ пришлось отменить, и, чтобы народ совершенно успокоить, Владыке прислали допросный лист на дом. Он ответил на все вопросы, и власти для успокоения населения города ответили многочисленным депутациям (одна из них была мусульманская), что они совершенно удовлетворены ответами архиепископа.

Власти обвинили Святителя в том, что он отлучал от Церкви всех, кто посягал на церковное имущество, и отпечатал о том воззвание в количестве 550 экземпляров, призывал православных к защите церквей и монастырей и отпечатал этот призыв в 550 экземплярах, разослал эти воззвания по благочинным Пермской епархии; что он, «не довольствуясь произведенным у него обыском... позволил себе 30 апреля сего года послать отношение губернскому исполнительному комитету... в котором указывает на якобы беззаконные действия чрезвычайного комитета, а также местного исполнительного комитета»; «что он... 26 мая сего года с амвона кафедрального собора после чтения Евангелия о десяти прокаженных говорил проповедь явно контрреволюционного содержания, в которой, между прочим, заметил, что Русское государство за грехи наказано Богом, — наказанием же является существующая власть, которая под видом свободы, равенства вводит насилие, притеснения и гонения...».

Власти постановили: «Привлечь архиепископа Андроника к ответу в качестве обвиняемого... обвиняя в том, что он... 1) изданным декретам... не подчинялся, 2) ...организовал сопротивление темных несознательных масс населения... 3) старался противодействовать существующей власти...»

В ответной объяснительной записке Святитель писал: «Мои воззвания составлены в полном согласии и даже во исполнение постановлений о сем Всероссийского Церковного Собора, в своем составе представительствующего в числе трех четвертей всех членов мирян со всей России. Следовательно, суд надо мною есть суд над Всероссийским Церковным Собором и над всем церковным народом. А посему осуждающие меня, Церковный Собор и верующий народ оказываются в противоречии и во вражде со всем верующим народом. Таковые, если они православные христиане, должны знать, что по 121 правилу Церковного Номоканона они суть анафема и да изгнаны будут из Церкви, отлучены бо суть от Святой Троицы и посланы будут во Иудино место.

Сказанное мною поучение в кафедральном соборе в Неделю о расслабленном в действительности несколько разнится от записи агента сыска. Сказавши, что евангельский расслабленный — это вся Россия, весь русский народ, у которого за богохульство и клятвопреступничество отнял Господь разум и волю, и уподобивши его, народ, древним строителям Вавилонской башни против Божьего о них промышления и за это переставшим, вместо объединения, даже понимать друг друга и потому разошедшимся во вражде и злобе в разные стороны мира, я говорил: “И ныне захотели люди без Бога, и даже из вражды на Бога устроить рай на земле, в котором все были бы одинаково счастливы и блаженны. Но об этом безбожном рае теперь уже не может быть двух мнений: слишком тошно в нем живется. Прежде наших предупреждений об этом рае не слушали, считая их мракобесными, отсталыми, нас же за это называя врагами народа, призывали и рассчитываться как с таковыми. А теперь уже без наших слов, уговора все на самом деле познали все горькие сладости райской жизни без Бога, чтобы подобно прародителям — Адаму и Еве, за богоборчество изгнанным из рая Божия, горько оплакивать свое лишение и все переживаемые беды. К довершению всего теперь нам в этом раю угрожает уже и голодная смерть, ибо уже у нас нет хлеба, и мы обречены на голод. Но не смейте просить этого самого хлеба. Если вы, не желая умирать с голода, и малым детям своим запросите хлеба, то вас обвинят провокаторами, саботажниками, контрреволюционерами, а с такими расчет всем известный... Но смотрите, как и ныне смешал Господь языки современных строителей безбожного рая. Святые слова и начала жизни объявлены теперь людьми — равенство и братство всех без Бога. Но вместо того на деле видим лишь отчаянную злобу, сатанинскую вражду и братоубийство под флагом свободы. Все уже знают гнусный обман и подмену, но парализованы, как у расслабленного, силы и воля, и ничего не могут поделать для разоблачения обмана, для уврачевания жизни. Ежедневно православные крестьяне и отдельно, и группами жалуются мне на кучки насильников, по селам отбирающих уже народную собственность — причтовые дома, запрещающих крестить детей, венчать и погребать в церкви.

Это при объявленной свободе совести и верований! Какое глумление темных, несознательных и одураченных людей! Но духовно парализованные люди ничего не могут поделать с таким наглым глумлением насильников. Так богоотступники и клятвопреступники сами в себе наказываются, чтобы на деле познали, как можно жить без Бога и против Бога...».

Архиепископ Андроник (Никольский)

Архиепископ Андроник (Никольский)

17 июня 1918 г. Владыку арестовали. Для его ареста в городе было объявлено военное положение, непосредственно задействовано полторы тысячи конных и пеших войск, а все имеющиеся в округе части были приведены в состояние боевой готовности. Был отдан приказ расстреливать без предупреждения каждого, кто попытается забраться на колокольню и бить в набат.

Народ Перми вышел на улицы с требованием освободить своего архипастыря. Но большевики стали разгонять народные демонстрации и брать под арест.

20 июня Святителя повезли на расстрел чекисты Уваров, Платунов и трое латышей. Заехав далеко в лес они дали архипастырю лопату и приказали самому копать себе могилу. Когда могила была готова Владыка попросил помолиться, ему разрешили. Святитель молился минут десять. Ему приказали живым ложиться в могилу, после чего его живого стали забрасывать землей. Сквозь тонкий слой земли чекисты стали его расстреливать, после чего могилу закапали полностью. И разделили вещи архипастыря: панагию с позолоченной цепочкой и чугунные часы.

На Соборе Русской Православной Церкви Заграницей в 1981 г. архиепископ Андроник был прославлен в лике Священномучеников. Память его совершается 25 мая, 4 июня (ст.ст.) и в Неделю Новомучеников.


Добавить комментарий


© 2009-2017 eshatologia.org. Сайт Архиепископа Виктора (Пивоварова).
При перепечатке материалов активная ссылка на сайт www.eshatologia.org обязательна.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Союз образовательных сайтов Маранафа: Библия, словарь, каталог сайтов, форум, чат и многое другое. Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru