Рассылка


Если вы нашли ошибку на странице, пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите на клавиатуре Ctrl+Enter

Календарь

Сегодня Завтра

Комментарии

Преподобный Иустин (Попович)

ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ И ЭКУМЕНИЗМ
(часть 2)
"ЭКУМЕНИЗМ"

Содержание:

Экуменизм

Гуманистический и богочеловеческий прогресс

Гуманистическая и богочеловеческая культура

Гуманистическое и богочеловеческое общество

Богочеловеческое и гуманистическое просвещение

Человек или Богочеловек

Гуманистический экуменизм

Выход из всех безвыходных положений

 

 

Экуменизм

Исторический Богочеловек, Господь Иисус Христос всесторонне показал, что Он для человеческого существа является всем и вся на небе и на земле: и сущностью, и существом, и жизнью, и умом, и разумом, и сердцем, и совестью, и добром, и добродетелью, и любовью, и светом, и путем, и истиной, и правдой, и радостью, и спасением, и воскресением, и вознесением, и вечностью, и раем. И всем этим Он является через Богочеловечность, через Богочеловеческое Тело Свое - Церковь всесвятую, Церковь Апостольскую, Церковь Святоотеческую, Церковь Святого Предания - Церковь Православную,

А вне Церкви, вне Тела Богочеловека, существует человек со всеми своими слабостями и в нем, и вокруг него: грех, смерть, диавол, а в них и с ними: всякое зло, ад, болезнь, порок, мука, недостаток. И человек всею своей деятельностью мучается и пытается спасти и освободить себя от мук, зла и ужаса; старается через науку и через веру, и через философию, и через культуру, и через искусство, и через земледелие, и через промышленность, технику... И постоянно человек является мучеником на крестах, которые сам себе постоянно изготовляет и на которых сам себя распинает. Понапридумал человек разных суррогатов спасения от различных мук, которыми изобилует человеческая жизнь на земле: понапридумал и разных "гуманистических" теорий: как себя самого собой спасти и осчастливить. Но вся история констатирует: все напрасно. Он и впредь остается рабом различных мук и зол, и, что самое страшное, - рабом смерти. Это касается каждого человека на земле Божией и особенно европейца. Потому-то и необходимо, и весьма целесообразно проследить развитие человека на главных путях его "гуманистических" теорий.

Гуманистический и богочеловеческий прогресс

Рассмотрите основные принципы европейского гуманистического прогресса, и сразу бросится в глаза, что европейская культура систематически притупляет в человеке чувство бессмертия, пока не притупит его совсем, и человек европейской культуры решительно утверждает, вслед за Ницше, что я-де тело и ничего кроме тела, а значит, смертный и ничего кроме смертного. Так в "гуманистической" Европе начал господствовать девиз: человек - смертное существо. Это формула гуманистического человека. В этом сущность его прогресса. Сначала неосознанно, а затем намеренно и систематически в европейского человека наукой, философией, культурой впрыснуто сознание, что человек весь смертей, без остатка. Это сознание постепенно сформировалось в убеждение, гласящее: смерть есть необходимость! Возможен ли больший ужас, оскорбление и более язвительная насмешка, чем та, что са-мый главный противник человека - смерть - необходим человеку! Скажите, есть ли туг логика, хоть какая-нибудь, хотя бы детская или даже логика насекомых? Не забыл ли европейский человек, "сдавленный и перемолотый в ,мельнице смерти, как называют нашу землю, последнюю частицу разума, и не начал ли бредить?... Опустошен, страшно опустошен человек, ибо из него, выхолощено сознание и чувство личного бессмертия. А без этого разве назовешь человека полноценным, цельным? О, как страшно задавлен, изуродован человек! Превращен в карлика, в обломок человек, ибо из него изгнано всякое ощущение бесконечности. А без бесконечности может ли человек вообще существовать как человек? А если может, то имеет ли смысл его существование? Разве без этого чувства бесконечности не является он мертвой вещью среди вещей и преходящим скотом среди скотов? Представьте себе парадокс: я утверждаю, что некоторые животные имеют более "возвышенные" чувства и более "бессмертные" желания, чем человек европейского прогресса. Прикованный своим умом к земле и погрязший в вещественном, человек вполне прав, когда устами своих мудрецов объявил, что произошел от обезьяны. Приравненный к животным по происхождению, почему не приравняет себя к ним и по морали? Разве грех и преступление не признаются в современном правосу-дии все более и более необходимыми и неминуемыми для челове-ческой природы и социальной среды? Поскольку в человеке нет ничего бессмертного, то вся этика, в конце концов, сводится к ин-стинктивным стремлениям, И если в этике человек приравнял себя к своим предкам: обезьянам и др, зверям, то и жизнью его завладел принцип: homo homim lupus est (человек человеку волк). Иного и яе могло быть, ибо только на сознании бессмертия может основы-ваться мораль лучшая, чем у животных- А если нет бессмертия и вечной жизни ни в человеке, ни вокруг него, тогда для человека - животного совершенно естественна и логична мораль: "станем есть и пить, ибо завтра умрем" (1 Кор. 15,32),

Относительность в философии европейского гуманистического прогресса должна была явиться причиной относительности в этике, а любая относительность есть мать анархизма и нигилизма, следовательно, вся практическая этика гуманистического человека и является анархизмом и нигилизмом, ибо анархия и нигилизм - суть неминуемые, заключительные, апокалиптические фазы европейского прогресса. Идейный анархизм и нигилизм должны были вызвать разложение жизни и деятельности европейского челове-чества и кризис прогресса. Разве мы не являемся очевидцами идейного и практического анархизма и нигилизма, опустошающих

европейский континент? Слагаемые европейского прогресса таковы, что как бы мы их ни складывали, всегда сумма дает анархизм и нигилизм. Доказательство? - Две мировые, а в действительности, европейские войны.

Глуп европейский человек, катастрофически глуп, когда может, не веруя в Бога и бессмертие души, верить в прогресс, смысл жизни и трудиться для этого. Зачем мне прогресс, когда за ним нас ожидает смерть? Зачем мне далекие миры, созвездия, культуры, когда за ними меня подстерегает смерть и когда-нибудь поглотит? Где есть смерть, - там нет никакого прогресса. А если он и есть, то это проклятый прогресс в мельнице смерти, потому-то его и нужно полностью и окончательно уничтожить.

Эти муки европейского прогресса увидел и отразил в своей трагедии "Possum's Universal Robots ("Разумный универсальный робот") выдающийся чехословацкий писатель Карел Чапек Между его героями Алквистом и Еленой происходит следующй диалог:

Алквист: Есть ли уНаны какой-нибудь молитвенник?

Елена: Есть один, очень большой.

Алквист: И в нем, наверняка, есть молитвы на разные случаи жизни? Против непогоды? Против болезни?..

Елена: Да, против искушения, против наводнения.

Алквист: А нет ли против прогресса?

Елена: Уверена, что нет.

Алквист: Эх, какая жалость!

+ + +

Гуманистическому человечеству и его прогрессу противостоит Христово человечество со своим Богочеловеческим прогрессом. Основной принцип этого прогресса: человек есть настоящий человек только Богом, только Богочеловеком; другими словами: человек есть настоящий человек только бессмертием, преодолением всего смертного, победой над смертью. Преодолевая в себе грех и зло, Христов человек этим преодолевает смерть в своем сознании, соединяет себя с Единым Бессмертным Богочеловеком Христом и, соединившись с Ним, становится уже на этом свете бессмертным, ибо его ум уже мыслит Христовой мыслью, бессмертной и вечной мыслью; его сердце уже ощущает в себе жизнь Христову, жизнь вечную и бессмертную...

Это достигается верой в воскресшего Господа Иисуса Христа. Как только человек всем сердцем искренне уверует в воскресшего Богочеловека, в его душе сразу рождается чувство бессмертия, воскресения, победы над смертью, грехом и злом. Это чувство воодушевляет христианина на все евангельские подвиги, и он с радостью исполняет заповеди Христовы, и, преисполненный этой радостью, проходит путь из небытия в бытие, из смерти в бессмертие. Как ноль, который возрастает до бесконечности, так и человек, который возрастает Богочеловеком: он всем своим существом проникается Божественной бесконечностью, чувствует себя бессмертным и бесконечным во всем своем существе. Так трагический принцип гуманистического прогресса: смерть необходима, - заменяется радостным принципом Богочеловеческого прогресса: бесконечность является необходимостью.

Богочеловеческий прогресс имеет свою Богочеловеческую мораль: в нем вся человеческая жизнь руководится и направляемся Богочеловеком. Добро есть то, что Христово; вне этого нет добра-Бессмертие есть главное свойство Христова добра, поэтому оно необходимо в морали Христова человека как чувство, как созна-ние, как дело, как осуществление. Ощущать Господа Иисуса Христа как душу своей души и жизнь своей жизни и есть бессмертие человека, а через это и этим дана, дается, есть бесконечность мысли, чувства, жизни. Для настоящего христианина бессмертие естественно и логично, а с бессмертием - и бесконечность. Это и дает возможность происходить процессу бесконечного нравственного совершенствования, прогресса на пути к Богу, Который есть пол-нота всех совершенств и бесконечностей. Поэтому совершенно логичен и естественен категорический императив Богочеловеческого прогресса: "Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Не-бесный" (Мф. 5,48).

Христов человек идет по пути Божественного совершенства, преодолевая посредством евангельских добродетелей грех и зло в себе и во всем мире вокруг себя. Он всегда произрастает от добра к добру, от меньшего к большему и при этом никогда даже не приостанавливается на этом пути, ибо всякая приостановка на таком пути означает духовную смерть. Через каждую чистую мысль, каж-дое святое чувство, каждое доброе желание и благое слово он воз-растет к воскресению, к бессмертию, к вечной жизни.

Преодолевая грех и смерть, Христов человек проходит в этой жизни три главных этапа христианской эволюции: рождение во Христе, преображение во Христе, воскресение во Христе. Конечная цель его борьбы есть воскреснуть со Христом, что значит победить смерть. Пойми, ты ведь уже победил смерть, если всей душой уверовал во Хряста, ибо Он сказал: "Верующий в меня имеет жизнь вечную... перешел от смерти в жизнь" (Ин. 6,47; 5,24).

Так, верой в воскресшего Богочеловека человек начинает быть человеком, ибо освобождается от греха и смерти, и обретает сознание и чувство бессмертия, Грех - это болезнь, отупляющая, парализующая в человеке чувство бессмертия, и человек ни мыслью, ни чувством не может подняться до сознания и чувства живого и истинного Бога. Такой человек есть изуродованный человек, это получеловек, нечеловек Богочеловек победил грех и смерть воскресением, чтобы человека пробудить в бессмертие и жизнь вечную, чтобы умершее и парализованное чувство бессмертия в человеке ожило и омолодилось, чтобы человек ощутил Бога и жизнь вечную как смысл человеческой жизни на земле и на небе. В действительности, Богочеловеческая Церковь есть Божественная мастерская, в которой непрестанно обновляется и укрепляется чело-веческое сознание личного бессмертия и бесконечности. Разве молитва не делает душу бесконечной, соединяя ее с Богом? Разве любовь не делает душу бессмертной, вознося ее к Богу? Разве милосердие, доброта, смирение, праведность не созидают человека в бессмертие, в Царство Христовой Истины? Каждою евангельской добродетелью человек постепенно преодолевает смерть в себе, пока, наконец, совсем не победит ее и не достигнет своего бессмертия и жизни вечной.

В Богочеловеческом прогрессе человек постоянно следует по пути Христову как по пути Божию Истиной Божией в жизнь вечную. А все это даровал человеческому роду Богочеловек Христос Своим Воскресением. Вся истина неба и земли, весь смысл всех творений, вся радость всех существ даны человеческому роду через Воскресение Богочеловека Христа, поэтому Воскресение Христово является судьбоопределяющим событием в истории всего мира: от него зависит непреходящая, Божественная ценность всех людей вкупе и каждого из пас в отдельности.

Гуманистическая и Богочеловеческая культура

Европейская культура своим основанием имеет человека. Человеком исчерпывается ее программа и цель, ее средства и содержание. Гуманизм является ее главным архитектором, вся она построена на софистическом принципе: человек есть мера всех вещей, и к тому же это - европейский человек. Он - верховный созидатель и распределитель ценностей. Истина - это то, что он провозглашает истиной; смысл жизни - то, что он считает смыслом жизни; добро и зло то, что он считает добром и злом. Короче говоря, европейский человек провозгласил себя богом. Неужели не видно, как он неизмеримо любит жить как бог жить "как бог" наукой и техникой, философией и культурой, религией и политикой, искусством и модой; жить как бог любой ценой, даже инквизицией и папизмом, огнем и мечем, и людоеством? Он языком своей гуманистическо-позитивистской науки объявил, что нет Бога, и руководимый этой логикой, он смело сделал вывод: поскольку Бога нет, то я сам - бог!

Ничего более не любит европейский человек, как представляться богом, хотя во Вселенной он как мышь в мышеловке. Чтобы доказать свою божественность, он объявил, что нет "того" света, а следовательно, нет и др. небесных живых существ. Он так или иначе хочет овладеть природой, подчинить ее себе, и поэтому организовал систематический поход на природу, который назвал культурой, в него он запряг свою философию, свою науку, свою религию, свою этику, свою политику, технику... Ему удалось отшлифовать некоторый участок в материальном мире, но не преобразовать его. В борьбе с природой человеку не удалось ее "очеловечить"; зато она смогла ограничить, "оземлить", "овеществить" человека, прочно приковать его к земле, свести его к материи, и теперь он сознает себя только как материю. А кто победил? - Ирония, ибо культура сделала человека рабом материи, рабом вещей, рабом тления, Очевидно положение: европейский человек не бог, а раб вещей. Самозванный бог холопствует перед вещами и идолами, которых сам изготовил В своем походе против всего сверхъестественного он достижениями своей культуры подменил все духовное: небо, душу, бессмертие, вечность, живого и истинного Бога. И культуру провозгласил богом, ибо на этой помраченной планете человек не может выдержать и выжить без бога, любого бога, будь то лжебог, - такова фатальная ирония так устроенного человека.

Разве не очевидно, что европейский человек в своей культуромании превратил Европу в фабрику идолов? Почти всякое достижение стало идолом; потому наше время есть прежде всего время идолопоклонства. Ни один континент так не наводнен идолами, как Европа. Нигде так не пресмыкаются перед вещами и не живут для вещей и ради вещей, как в Европе. И это идолопоклонство в худшем виде, ибо оно представляет собой поклонение глине, земле. Скажите, разве человек не поклоняется озовой глине, когда самолюбиво обольщает земляное, бренное тело свое и упрямо твердит я есть плоть и ничего, кроме плоти? Скажите, разве не поклоняется человек розовой глине, когда своим идеалом провозглашает массу или народ, или человечество?

Несомненно, Европа страдает не от атеизма, но от многобожия. Потеряв настоящего Бога, она захотела насытить свой безбожный голод созданием многих лжебогов, идолов. Она создала идолов из всего: из науки, ее гипотез и открытий, из техники, из религии и ее представителей, из политики и ее партий, из моды и ее манекенов. А посреди всех идолов на космический трон эгоизма посадила европейского человека, европейского Далай-ламу.

По существу, европейская культура - это фетишизм вампиров, фетишизм в европейском костюме. "Погоня за вещами" - вот отличительная черта европейского человека. Фетишистская метафизика европейской культуры практически выражается в фетишистской этике. Древний языческий фетишизм отличался людоедством. А разве новый европейский фетишизм не отличается людоедством, только замаскированным, культурным людоедством? Разве европейская культура своими устами не провозгласила главным принципом жизни борьбу за сохранение? Что это, если не призыв к людоедству? Не означает ли это: человек, борись за самосохранение всеми средствами, а если нужно - и людоедством! - ведь главное: сохранить себя в жизни. А каким образом - это не регулируется контролем совести. Жизнь - это бойня, в которой господствует право заколоть более слабого, и слабые люди являются материалом для сильных. Поскольку ни Бога, ни бессмертия нет, постольку человеку ради самосохранения все разрешено. Разрешены грехи, зло, преступление. Позитивистская наука объявила, что все случающееся происходит по природным законам, а в природе главным законом является закон необходимости, который сейчас и господствует над людьми, их мыслями, чувствами, стремлениями, поступками. Когда грешат, грешат-де по необходимости. Человек, ты не виноват даже в самом большом преступлении, ибо все делаешь по естественной необходимости... Не удивляйтесь - грех не может существовать (его не может быть) для человека, для которого не существует Бог, ибо грех есть грех пред Богом, и если нет Бога, то нет и греха, как нет ни зла, ни преступления.

Метафизический нигилизм европейской культуры, выраженный принципом: "нет Бога" - должен быть причиной практического нигилизма, принцип которого: нет греха, все озволено! Обратите внимание: своей философией, наукой, техникой и т.д. европейская культура систематически вытесняет из человека все вечное и бессмертное, виртуозно парализует в нем чувство бессмертия, сдавливает его душу, пока не сведет ее к нулю.

Нужно освободиться от Бога - вот явное и тайное желание многих творцов европейской культуры. Они хотят осуществить его через гуманизм и ренессанс, через натурализм Руссо и обтрепанный романтизм, через позитивизм и агностицизм, через рационализм и волюнтаризм, через парламентаризм и революционность, А самые смелые из них создали лозунг: нужно убить Бога! Наконец, самый последовательный и искренний творец и исповедник европейской культуры Ницше с вершины пирамиды человекомании и эгоизма объявил: "Бог умер!".

Когда нет ни вечного Бога, ни бессмертной души, тогда нет и ничего абсолютного, всеценного, но все относительно, смертно, преходяще. И действительно, отвергнуты абсолютные ценности и воцарены относительные. Несомненно, относительность - это логика, природа и душа гуманизма. Теория относительности Энштейна есть конечный, суммарный результат гуманизма и всех его философских, научных, технических и политических ответвлений. И не только это, но в самой последней своей конкретности гуманизм является не чем иным, как нигилизмом.

Кризис европейского духа так описывает немецкий философ Карл Йоил: "Нашей точке зрения на мир недостает стремления к целому вообще и к абсолютному. Недостает нам силы убеждаться, а вместе с тем и силы верить; в нашей морали нет великих характеров; в нашей истории нет личностей, которые бы выражали в неразрывной связи интересы времени и народа. Нет у нас великой поэзии, потому что наша фантазия, отторгнутая от космического целого, ухватывается лишь за незначительное, а к великому относится лишь как к забаве, так как наши поэты не обладают больше тем космическим чувством классиков, которое их поэзии придавало высшее звучание, а их образам - внутреннюю необходимость. Налицо лишь одурманивающее художество тона без мелодичности и самое пестрое иллюстрирование и инсценировка без души; налицо богатая и живая сцена без актеров, герои которой лишь массы и марионетки; налицо режиссура как искусство явлений без сущности; налицо, наконец, богатая как никогда жизнь, но без мира и спокойствия, без внутренней гармонии, ибо этой жизни недостает стремления к целости, абсолютности, к определению смысла мира и человека. Так кризис философии становится кризисом времени".

Гуманизм не мог не развиться в нигилизм. Не может человек не стать нигилистом, если не признает никакой абсолютной ценности. Если продолжать логику, то мы придем к выводу, что относительность - это мать анархизма, ибо поскольку все существа относительны, то ни одно из них не имеет права навязывать себя другим в качестве абсолютного, а если оно попытается это сделать, то необходимо бороться до уничтожения. Если все ценности относительны, то какое право имеет какая-либо из них провозглашать себя верховной? Поскольку в человеческом мире нет ничего абсолютного, то не существует ни иерархии существ, ни иерархии ценностей, - существует лишь анархия.

И действительно, нигилизм и анархизм есть логический финал европейской культуры, неизбежная заключительная форма европейского гуманизма и релятивизма. Гуманизм обязательно развивается в атеизм, проходит через анархизм и завершается нигилизмом. Если кто сегодня атеист, знайте, что если он последователен, завтра он будет анархистом, а послезавтра нигилистом. А если кто нигилист, знайте, что к нему он пришел от гуманизма через атеизм.

Что остается от человека, когда из его тела выйдет душа? - Труп. А что от Европы, если из ее тела выйдет Бог? - Труп. Изгнали Бога из космоса, разве не осталась мертвость? Что представляет собой человек, отрицающий душу в себе и в мире вокруг себя? Не что иное, как одетую глину, ходячий глиняный гроб, Результат поражающий: влюбленный в вещи европейский человек и сам стал вещью. Личность обесценена и разорена, остался человек-вещь. Нет целого, бессмертного, Богоподобного человека, остались только обломки человека, телесная скорлупа, из которой изгнан бессмертный дух. Правда, эта скорлупа отполирована, вычищена до блеска, татуирована, но все же скорлупа. Европейская культура обездушила, овеществила человека, сделала машиной; она похожа на чудовищную машину, глотающую людей и перерабатывающую их в вещи. Финал тягостен и трагичен: человек есть бездушная вещь среди бездушных вещей.

+ + +

Такова в общих чертах культура европейского человека. А какова культура евангельского, исторического Богочеловека Господа Иисуса Христа? На чем она основана? - Она основана на Личности Богочеловека Христа, Бог стал человеком, чтобы человека возвеличить до Бога. Вот начало и конец, между которыми движется православная Богочеловеческая культура. Ее девиз: да будет Богочеловек во всем первым, - не только Бог и не только человек, но Богочеловек. Здесь олицетворено и осуществлено самое тесное единство Бога с человеком. Здесь достигается идеальное равновесие и осуществляется совершенная гармония между Богом и человеком. Полноты и совершенства своей личности человек достигает через соединение с Богочеловеком. Богочеловечность есть единая категория, через которую проявляется вся многосторонняя деятельность православной культуры, которая начинается от Богочеловека, а завершается идеальным, полным, обоженным человеком. В центре всех миров стоит Богочеловек Христос, Который есть ось, вокруг которой обращаются все горний и дольний миры. Он есть задача и источник всех творческих сил православной Богочеловеческой культуры. Здесь Бог трудится, человек с ним сотрудничает, Бог созидает человека, человек созидается Богом; здесь продолжается Божественное творчество с помощью человека. Для этого человек все Божественное в себе направляет в действие, в творчество, в жизнь. При этом, в этом творчестве все Божественное не только в человеке, но и в мире вокруг человека находит свое выражение и направляется в действие; все Божественное трудится, все человеческое сотрудничает. Но для этого человек должен научиться мыслить Богом, чувствовать, жить и создавать опять же Богом. Все это раскрывает нам цель православной культуры.

Какова цель православной культуры? - Как можно больше Божественного внести и осуществить в человеке и в окружающем его мире; воплотить Бога в человеке и в мире, поэтому православная культура есть непрестанное служение Христу Богу, непрестанное Богослужение; человек служит Богу через себя и через всю тварь; вокруг себя он систематически и планомерно вносит Божие во всякий свой труд в творчество; он пробуждает все Божественное в природе вокруг него, чтобы вся природа под руководством человека служила Богу, и таким образом вся тварь участвует во всеобщем Богослужении, ибо человеку, который служит Богу, служит природа.

Богочеловеческая культура преображает человека изнутри, а через это оказывает влияние и на наружное состояние, - преображает душу, а душою - тело. Для этой культуры тело есть храм души, который душой живет, движется и существует. Отнимите у тела душу - что останется, если не смердящий труп? Богочеловек преображает прежде всего душу, а затем и тело. Преображенная душа преображает тело. преображает материю,

Цель Богочеловеческой культуры - преобразить не только человека и человечество, но через них и всю природу. Но как достигнуть этой цели? - Только Богочеловеческими средствами: евангельскими добродетелями - верой и любовью, надеждой и молитвой, постом и смирением, кротостью и состраданием, любовью к Богу и ближнему. Через эти добродетели созидается Богочеловеческая православная культура. Подвизаясь в этих добродетелях, человек преображает свою безобразную душу, делает ее прекрасной, она преображается из мрачной в светлую, из грешной в святую, из темноликой в Богоподобную. И тело свое преображает в храм, вмещающий его Богоподобную душу.

Через подвиг стяжания евангельских добродетелей человек приобретает власть над собой и над природой вокруг себя. Изгоняя грех из себя и из окружающего мира, человек изгоняет и дикую, разрушающую, разоряющую силу, полностью преображает себя и мир, укрощает природу и в себе, и вокруг себя. Лучшие примеры тому - святые: освятив, преобразив себя подвизанием в евангельских добродетелях, они освящают, преображают и природу вокруг себя. Существует много святых, которым служили дики звери и которые одним появлением своим укрощали львов, медведей и волков. Их обращение с природой молитвенно, мягко, кротко, сострадательно, нежно, не грубо, не сурово, не враждебно, не дико.

Не внешнее, насильственное, механическое навязывание, но внутреннее, добровольное, личное усвоение Господа Иисуса Христа беспрерывным подвигом в христианских добродетелях созидает Царство Божие на земле, созидает православную культуру, ибо Царство Божие не приходит внешними, видимыми путями, но внутренними, духовными, невидимыми. Спаситель говорит: "Не придет Царство Божие приметным образом, и не скажут: вот, оно здесь, или: вот, там. Ибо вот, Царство Божие внутри вас есть" (Лк. 17, 20-21) - оно внутри души, Богом сотворенной и Богоподобной, освященной Духом Святым, - ибо "Царство Божие - праведность и мир, и радость во Святом Духе" (Рим. 14, 17). Да, в Духе Святом, а не в духе человеческом; Оно может быть в человеческом духе настолько, насколько человек исполнит себя Духом Святым посредством евангельских добродетелей. Потому-то самая первая и самая большая заповедь православной культуры - это: "Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам" (Мф. 6, 33), то есть приложится вам все потребное для поддержания телесной жизни; пища, одежда, жилище (Мф. 6, 25-32). Все это есть лишь придаток Царства Божия, а западная культура ищет прежде всего этот придаток. В этом ее язычество, ибо, по словам Спасителя, прежде всего этот придаток ищут язычники. В этом ее трагизм, ибо она истощила душу в заботе о вещах; а безгрешный Господь сказал раз и навсегда: "Не заботьтесь для души вашей, что вам есть или что пить, ни для тела вашего, во что одеться... Потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом, Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам" (Мф. 6, 25, 32-33; Лк. 12,22-31),

Огромен объем потребностей, которые страстно выдумывает современный человек Для удовлетворения этих бессмысленных потребностей люди нашу дивную Божественную планету превратили в бойню, А человеколюбивый Господь давно открыл, что есть "едино на потребу" каждому человеку и всему человечеству. Что же? - Богочеловек Иисус Христос и все, что Он приносит с собой: Божественная Истина, Божественная Справедливость, Божественная Любовь, Божественная Доброта, Божественная Святость, Божественное Бессмертие и вечность, и все остальные Божественные совершенства. Вот что есть "едино на потребу" человеку и человечеству, а все остальные человеческие потребности в сравнении с этим настолько незначительны, что почти и не нужны (Лк 10,42).

Когда человек евангельски серьезно задумывается над тайной своей жизни и жизни вокруг себя, тогда он должен придти к выводу, что самая насущная потребность - это отказаться от всех потребностей и решительно пойти за Господом Иисусом Христом, и соединиться с Ним совершением евангельских подвигов. Не сделав этого, человек остается духовно бесплодным, бессмысленным, безжизненным; душа его иссушается, рассыпается, распадается, и он постепенно мертвеет, пока, наконец, весь без остатка не умрет, ибо Божественные уста Христовы сказали: "Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе: так и вы, если не будете во Мне. Аз есмь лоза, а вы ветви, кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего. Кто не пребудет во Мне - извергнется вон, как ветвь, и засохнет, а такие ветви собирают и бросают в огонь, и они сгорают" (Ин.15,4-6).

Только через духовное органическое единство с Богочеловеком Христом человек может продолжить жизнь свою в жизнь вечную и существо свое - в существо вечное, Человек Богочеловеческой культуры никогда не одинок: когда мыслит - он Христом мыслит, когда действует - Христом действует, когда чувствует - Христом чувствует. Словом: он непрестанно живет Христом Богом, ибо что такое человек без Бога? - в начале получеловек, а в конце - нечеловек, Только в Богочеловеке человек находит полноту и совершенство своего существа, свой Первобраз, свою бесконечность, свое бессмертие и вечность, свою абсолютную ценность. Господь Иисус Христос один между людьми и всеми существами провозгласил человеческую душу самой большой драгоценностью всех горних и дольних миров. ''Какая польза человеку, - говорит Спаситель, - если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою?" (Мф. 10, 26).

Все звезды и планеты не стоят столько, сколько одна душа. Если растратит человек душу свою в грехах и пороках, он не сможет ее выкупить, хотя бы и стал господином всех звездных систем. Здесь человеку остается один выход - Богочеловек Христос - Единственный, Кто дарует бессмертие человеческой душе. Вещами же душа не освобождается от смерти, а порабощается, и лишь Богочеловек освобождает человека от тирании вещей. Над Христовым человеком вещи не имеют власти, а он имеет власть над ними, Всем вещам он определяет настоящую ценность, ибо ценит их так, как это делал Христос. А поскольку по Евангелию Христову человеческая душа имеет несравнимо большую ценность, чем все существа и все вещи в мире, то православный человек всю свою заботу и внимание уделяет душе, ибо православная культура есть прежде всего культура души.

Человек велик только Богом - вот лозунг Богочеловеческой культуры. Человек без Бога - это 70 кг кровавой глины, это гроб еще до гроба. Европейский человек осудил на смерть и Бога, и душу, но не осудил ли этим и сам себя на смерть, за которой нет воскресения? Вникните беспристрастно в суть европейской философии, европейской науки, политики, культуры, цивилизации, и вы увидите, что они в европейском человеке убили Бога и бессмертие души. А если всерьез задуматься о трагизме человеческой истории, то можно увидеть, что Богоубийство всегда заканчивается самоубийством, Вспомните Иуду, он сначала Бога убил, а затем и себя уничтожил, и это неотвратимый закон истории нашей планеты.

Здание европейской культуры, построенное без Христа, должно разрушиться, очень быстро разрушиться, - пророчествовал проницательный Достоевский 100 лет назад и печальный Гоголь более 100 лет назад... И на наших глазах сбываются предсказания славянских пророков. 10 веков строится европейская вавилонская башня, и вот нашим глазам предстоит трагичная картина: построен огромный - нуль! Началось всеобщее замешательство; человек не понимает че-ловека, душа - душу, народ - народ. Восстал человек на человека, царство на царство, народ на народ, и даже континент на континент.

Европейский человек дошел до своей судьбоопределяющей и головокружительной высоты. На вершину своей вавилонской баш-ни он поставил сверхчеловека и хотел им завершить здание, но сверхчеловек сошел с ума перед самой вершиной и сорвался с башни, а башня вслед за ним разваливается и разрушается, и ломается войнами и революциями. Homo europaeicus должен был сойти с ума в конце своей культуры: богоубийца должен был стать самоубийцей. Wille zur Macht (воля к Власти) превратилось в Wiile zur Nacht (волю к Ночи). Ночь, тяжелая ночь легла на Европу. Рушатся идолы Европы, и не далек тот день, когда не останется камня на камне от европейской культуры, созидающей города и разоряющей души, обожествляющей тварей и отвергающей Творца...

Влюбленный в Европу русский мыслитель Герцен долго жил в ней, но под закат своей жизни, 100 лет назад, писал: "Достаточно долго изучали мы червоточный организм Европы; во всех слоях, всюду мы видели признаки смерти... Европа приближается к страшной катастрофе... Политические революции рушатся под тяжестью своей немощи; они сотворили великие дела, но не выполнили свою задачу, разрушили веру, но не обеспечили свободу; ра-зожгли в сердцах желания, которым не суждено было сбыться... Я первый бледнею и страшусь наступающей ночи... Прощай, умирающий мир! Прощай, Европа!"

Пусто небо, нет Бога на кем; пуста земля, нет на ней бессмертной души; европейская культура всех своих рабов превратила в мертвецов и сама стала кладбищем. "Я хочу ехать в Европу, - говорит Достоевский, - и знаю, что еду на кладбище".

До Первой мировой войны гибель Европы предчувствовали и предсказывали только меланхоличные славянские провидцы. После нее это замечают и ощущают и некоторые европейцы. Самым смелым и искренним среди них, несомненно, был Шпенглер, который потряс мир своей книгой "Untergang des Abendlandes" В ней он всеми средствами, которые только могли ему предоставить в распоряжение европейская наука, философия, политика, техника, искусство, религия и т. д., показывает, что Запад погибает. Со времени Первый мировой войны Европа испускает предсмертный хрип. Западная, или фаустовская, культура, которая, по Шпенглеру, началась в Х веке, сейчас гибнет и распадается, чтобы окончательно погибнуть в конце XXII века. (Сейчас этот процесс, видимо, ускорился). За европейской культурой, рассуждает Шпенглер, приходт время культуры Достоевского, культуры православия.

С каждым новым культурным открытием европейский человек все быстрее мертвеет и умирает. Влюбленность европейского человечества в себя - вот могила, из которой оно не желает и потому не может воскреснуть; влюбленность в свой разум - вот роковая страсть, опустошающая европейское человечество. Единственное спасение от этого - Христос, - говорит Гоголь. Но мир, в котором "рассыпаны миллионы блестящих предметов, рассеивающих мысли во все стороны, не имеет сил непосредственно встретиться со Христом".

Тип европейского человека капитулировал перед основной проблемой жизни; православный Богочеловек решил их все до единой. Европейский человек решил проблему жизни нигилизмом;

Богочеловек - вечной жизнью. Для европейского дарвино-фаустовского человека главное в жизни - самосохранение: для Христова человека - самопожертвование. Первый говорит жертвуй другими для себя, а второй - жертвуй собою для других.. Европейский человек не решил злополучную проблему смерти; Богочеловек решил ее - Воскресением...

Несомненно, принципы европейской культуры и цивилизации являются богоборческими. Долго вырабатывался тип европейского человека, пока не заменил он Богочеловека Христа своей философией и наукой, своей политикой и техникой, своей религией и этикой. Европа использовала Христа "лишь как мост из варварства некультурного в варварство культурное, то есть из варварства неискусного в варварство искусное" (Еп. Николай. Слово о всечеловеке, с. 334).

В моих выводах о европейской культуре есть много катастрофического, но пусть вас это не удиляет, ибо мы говорим о самом катастрофическом периоде человеческой истории, об апокалипсисе Европы, тело и дух которой раздирают ужасы. Несомненно, в Европе заложены вулканические противоречия, которые, если их не устранят, могут разрешиться окончательным уничтожением европейской культуры.

Гуманистическое и богочеловеческое общество

Если европейский континент и будет чем-нибудь знаменит в истории нашей планеты, то, вероятно, тем, что сумел придумать многочисленные проблемы, но ни одну из них не решил в пользу человеческого рода. Здесь, прежде всего, так называемые социальные проблемы. Решить их - это мания чуть ли не всех европейцев. Но кто их решает без огня и меча, без инквизиции и костров? Европейского человека перед социальными проблемами охватывает отчаяние, часто переходящее в безумие. Почему? Потому что проблемы общества, если их разложить на основные элементы, суть не что иное, как проблема личности, умноженная из число всех индивидов, составляющих общество. Человек, будучи членом общества, вносит в него свое психофизическое содержание и проблематику. Но проблематика человека и человечества в своей основе одинакова. Проблемы истины и справедливости, жизни и смерти, добра и зла, вечности и бессмертия, неба и земли, - мучают и человека, и человечество, по прежде всего человека как индивида, а затем человечество как коллектив. Логичен вывод: кто решит проблему человека, решит и проблему общества, каждого общества, от самого малочисленного до самого многочисленного, от семьи до человечества.

Решая проблемы человека и общества гуманистически, Европа впадала в две крайности: или недооценивался человек, о нем забывали, его упускали из виду, решая проблемы общества, или забывали об обществе, решая проблемы личности, а для решения этих проблем необходима полная справедливость и для человека, и для общества, которая бы всегда поддерживала равновесие между Божественными ценностями человека и непреходящими ценностями общества. Нам нужно общество, в котором будет охраняться Божественное величие и неприкосновенность человека; общество, в котором он не будет недооцениваться, обезображиваться, уродоваться; общество, в котором человек не превращается в машину, в робота ни за счет нации, ни за счет государства, ни за счет культуры, ни за счет цивилизации, ни за счет науки, ни за счет религии, Нам нужно общество, в котором личность и общество дополняют, поддерживают друг друга, растут и совершенствуются одно другим;

общество, в котором каждый духовно соединен со всеми и все - с каждым, в котором каждый живет всеми и все - каждым. А это значит: нам нужно общество, представляющее собой один организм, одно тело, в котором каждый член этого общества - органическая часть этого тела: ты - глаз, он - рука, я - нога, и ни один не может сказать другому: ты - мне не нужен. Чтобы рука работала, ей необходим глаз, который бы водил ее, нога, которая бы ее носила; и опять же: глазу, чтобы видеть, необходима рука, которая бы его кормила, и нога; которая бы его носила; так же, чтобы ходить, ноге нужен глаз, который бы ее водил, и рука, которая бы ей помогала, Все мы в организме общества органические части, большие и малые, видимы и невидимые, но части, живущие одна с помощью другой: каждая помогает всем, а все - каждой. Как и в теле: чтобы росли волосы на голове, им помогает все тело, а они защищают голову, выполняя свою функцию, Рассмотрите человеческое тело: здесь мы имеем самый лучший пример общества, дружбы, сотрудничества, симбиоза, служения ближнему: каждый член служит всем, и все - каждому; маленькому пальцу на руке служит такой сложный организм, как глаз, и еще более сложный - мозг, а палец служит и глазу, и мозгу. Чем важнее член тела, тем

более ответственную функцию он выполняет и служит всему, что менее важно в теле. Сердце есть самый важный орган тела, но оно и самый покорный слуга тела: оно непрестанно служит и каждой отдельной клеточке, и всему телу вкупе.

Не удивляйтесь этому: так устроено и согласовано тело - большее в нем для того и потому является большим, что служит и чтобы служить меньшему. Смирение - это главная добродетель, регулирующая все отношения в человеческом теле: большее смиряется перед меньшим и служит ему; чем больше член, тем больше он смиряется. Так и в нашем идеальном обществе: больший служит меньшему, ученый - неученому, мудрый - простому, богатый - сироте; самый большой потому является таким, что он доброволь-ный слуга всех. Все по Богочеловеческому, естественному закону;

"Кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом" (Мф, 20, 26-27). Почему? Потому что это закон и для самого совершенного человека, Богочеловека Христа, Который "не для того пришел, что-бы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих" (Мф. 20, 28). И действительно, разве есть для рода человеческого больший слуга, чем кроткий Богочеловек? "Я посреди вас, как служащий" (Лк. 22, 27) - объявляет Он Своим по-следователям - как слуга, Который, служа вам смиренно, учит вас Божественной Истине, Справедливости, Любви, Доброте, Божест-венной Силе, чтобы вы познали и смогли побороть грех, зло и смерть и стать Божественно добрыми, бессмертными и вечными. Не только как воплощенный человек, но и как Бог Слово, Он не-престанно служит людям солнцем, воздухом, светом, всею приро-дой, всею Вселенной, служит им терпеливо и смиренно, чтобы только научить их этому верховному космическому и верховному природному Божественному закону: больший да служит меньшему с радостью и кротостью. Готому-то Его уста и изрекли такие слова:

"Кто из вас больше, будь как меньший, и начальствующий - как

служащий... ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится" (Лк. 22, 2б; 18,14). Все Евангелие Богочеловека от начала до конца есть не что иное, как совершенная иллюстрация этого космического Божественного закона.

Не кажется ли вам, что этим евангельским законом Богочело-век идеально и в то же время реально решает проблему человека и человечества, личности и общества? Ибо и человек, и человечество, и личность, и общество не только созданы и состоят из одного и того же психофизического материала, но и одна цель, одна целе-сообразность пронизывает, проникает все их существо. Если их цели не совпадают, тогда между ними зияет пропасть, и их разди-рают непримиримые противоречия. Только единство цели делает возможным идеальное решение проблемы личности и общества. Но какой цели? Наверняка не временной, но непреходящей, бессмертной цели, которая стоит перед человеком и на небе, и на земле. Это бессмертная, вечная цель, которую поставил Богочело-век богоподобному человеческому существу. В чем заключается эта цель? - В том, чтобы воплотить Бога и все Божественные совер-шенства в человеке и человечестве, в личности и обществе.

Возможно ли это? Возможно, ибо, во-первых, человек есть богоподобное существо, и, во-вторых. Бог Слово воплотился в человеке и как Богочеловек показал, как Божественно идеально совер-шенен и человечески реально естественен человек, в котором во-плотился Бог со всеми Своими Божественными совершенствами. И еще: Богочеловек принес и даровал людям Божественнные добро-детели и силы, и каждый человек при желании может во всей пол-ноте воплотить в себе Бога и Божественные совершенства. Осуще-ствляя эту цель, люди превращаются Богом в бессмертные существа и становятся членами бессмертного Богочеловеческого общества - Богочеловечества. Как из человека логически и естественно развивается человечество, так из Богочеловека логически и естест-венно вытекает и развивается Богочеловечество. В этом Богочеловеческом обществе люди живут как бессмертные существа по евангельскими законам, имеющим силу и на земле, и на небе. А это единственное на нашей планете общество настоящих бессмертных Богоносцев и тех, которые стремятся стать такими, есть не что иное, как Его Богочеловеческое Тело - Церковь.

Мы уже вошли во "святая святых" Богочеловеческой философии общества. Это новое, Богочеловеческое общество, ничуть не похожее на те, которые теоретически и конкретно предлагает гуманистическая социология европейского человека. В этом Богочеловеческом обществе все сводится к животворящей личности Богочеловека Христа, представляющей самую большую ценность. Все остальные ценности, и индивидуальные, и социальные, выводятся из нее, как лучи из солнца. Не нужно заблуждаться: Православие есть Православие только Богочеловеком, ибо христианство есть христианство только Богочеловеком, - в этом его исключитель-ное значение, ценность и сила. Господь Иисус Христос Себя Само-го, Свою Богочеловеческую Личность оставил как Церковь, и по-тому Церковь есть Церковь только Богочеловеком и в Богочеловеке. Все евангельское, православное сливается в одну огромную, всеохватывающую истину: Богочеловек есть сущность, цель, смысл и высшая ценность Церкви, или точнее; Церковь есть Богочеловек Иисус Христос во все века. Богочеловек есть Глава Тела Церкви, одна единственная Глава. Тело Церкви возрастает Им во все бесконечности Божественной жизни: растет ростом Божиим в меру возраста Богочеловеческой полноты, ибо все через Него и для Него создано. Своей Божественной силой Он всех членов Церкви таинственно ведет к обожению, ибо в этом смысл и цель существования Церкви: Богочеловеческой верой и подвигами все привести в меру полного возраста Христова, все обогочеловечить.

Я говорю о Православной Церкви. Что есть ее сущность? - Богочеловек Христос. Отсюда: все православное носит Богочеловеческий характер: и сознание, и чувство, и воля, и мышление, и жизнь, и общество. Бог повсюду на первом месте, человек - на втором; Бог ведет, человек ведом Богом; Бог трудится, человек сотрудничает. И это не какой-либо трансцендентный, абстрактный, придуманный Бог, но Бог непосредственной исторической действительности; Бог, ставший человеком, живший нашей человеческой жизнью и во всем показавший себя совершенно безгрешным, святым, добрым, праведным, истинным, Он стал человеком, оставаясь Богом, чтобы, как Бог, дать человеческому естеству Божественные силы, которые бы приводили людей к самому тесному, Богочеловеческому единству с Богом, И эти Его Божественные силы непрестанно действуют в Его Богочеловеческом Теле - Церкви, соединяя людей с Богом через благодатную и святую жизнь. Ибо Цер-ковь есть чудесный Богочеловеческий организм, в котором посредством взаимодействия Божией благодати и свободной дея-тельности человека обретает бессмертие и живет подобно Богоче-ловеку все человеческое, все - кроме греха. В Богочеловеческом организме Церкви каждый верующий есть живая клеточка, которая становится его составной частью и живет его животворящей Бого-человеческой силой. Ибо быть членом Церкви - значит: совопло-титься Богочеловеку, стать членом Его, органической частью Его Богочеловеческого Тела, словом: стать подобным Богочеловеку во всецелой реальности своей человеческой личности.

Вот основные принципы православной философии общества: во всем и по всему Церковь есть, прежде всего, Богочеловеческий организм, а затем - Богочеловеческая организация. Их этого логически следует и ее Богочеловеческая деятельность в мире: все Богочеловеческое - воплотить в человеке и человечестве: вопло-тить любовь Христову, правду Христову, доброту Христову, мудрость Христову, смирение Христово и вообще - все Христовы добродетели. Ибо посредством их Христос вселяется в человека и воплощается в нем. И такой человек живет Христом, мыслит, чувствует, трудится Христом. Откуда у него такие силы? - От С?-мого

Христа. По слову св. Апостола Павла: "Все могу в укрепляющем ме-ня Иисусе Христе" (Флп. 4,13). Человек православной веры, живя в Богочеловеческом организме Церкви, живет всегда в сообществе "со всеми святыми" (Еф. 3,18), которые ему таинственно помогают в осуществлении евангельских заповедей. Отсюда член Православной Церкви живо ощущает, что он одной веры с Апостолами, мучениками и святителями всех веков, что они вечно живут, что всех их одновременно пронизывает одна и та же Богочеловеческая сила, одна и та же Богочеловеческая жизнь, одна и та же Богочеловеческая истина. В Церкви прошлое всегда современно, ибо Богочеловек Христос, Который "вчера и сегодня и во веки Тот же" (Евр. 13, 8), вовеки живет в Своем Богочеловеческом теле той же истиной, той же святостью, жизнью, тем же самым добром, и все прошлое всегда делает настоящим. Потому человек православной веры никогда не одинок, но всегда в обществе всех святых членов Церкви. И когда размышляет о чем-либо, размышляет со страхом и молитвенным трепетом, ибо знает, что в этом таинственным обра-зом участвуют все святые. Православные тем православны, что все-гда сохраняют чувство Богочеловеческой соборности, питая и охраняя его молитвой и смирением. Они никогда не проповедуют себя, никогда не хвалятся человеком, никогда не остаются при голой человечности, не превращают в идола гуманизм. На всех путях своих они исповедуют и проповедуют Богочеловека, а не человека. Основные суждения: Богочеловеческие цели осуществляются толь-ко Богочеловеческими средствами; евангельские цели достигаются только евангельскими путями. Богочеловеческое участие христи-анства может сохраняться только на Богочеловеческомм пути. Господь Иисус Христос есть Истина и Путь: не только Истина, но и Путь, Путь, которым только и можно придти к Истине. Отступая от Богочеловеческого пути, мы неминуемо отступаем и от Богочеловеческого учения и от Богочеловека Иисуса Христа.

На европейском Западе христианство постепенно превраща-лось в гуманизм. Долго и упорно Богочеловек в сознании западно-го христианства изменялся и переиначивался и, наконец, был сведен к человеку - к непогрешимому человеку в Риме и к не менее непогрешимому в Лондоне и Берлине. Так начался папизм, кото-рый у Христа отнимает, забирает все, и так начался протестантизм, не требующий у Христа ничего значительного, а часто и ничего не требующий. И в папизме, и в протестантизме на место Богочеловека поставлен человек как высшая ценность и критерий. Произведено болезненное и удручающее исправление Богочеловека, Его дела и Его учения. Настойчиво стремился папизм Богочеловека заменить человеком, - и вот в догмате о непогрешимости папы-человека Богочеловек навечно подменен и заменен преходящим "непогрешимым" человеком, ибо этим догматом папа ясно и решительно провозглашен не только чем-то выше человека, но и выше святых Апостолов, св. отцов и св. Вселенских соборов, Таким отступлением от Богочеловека, от Вселенской Церкви как Богоче-ловеческого организма, папизм превзошел Лютера, творца протес-тантизма. В самом деле, первый радикальный протест против Бо-гочеловека Иисуса Христа во имя гуманизма и против Его Богоче-ловеческого организмд - Церкви - нужно искать в папизме, а не в лютеранстве. Папизм - это в действительности первый и самый древний протестантизм.

Не нужно обманываться: папизм и есть самый радикальный протестантизм, ибо в основание христианства он вместо вечного Богочеловека положил преходящего человека и это провозгласил самым главным догматом, а значит, самой главной истиной, ценностью, самым главным мерилом всего и на небе, и на земле. А протестанты только подхватили существо этого догмата и разра-ботали его до ужасных размеров и деталей. В самом деле, протес-тантизм есть не что иное, как до конца осуществленный папизм,

ибо в нем основной принцип папизма осуществлен в жизни каж-дого человека в отдельности. По примеру "непогрешимого" человека в Риме каждый протестант есть новый непогрешимый человек, ибо претендует на личную непогрешимость в вопросах веры. Можно сказать: протестантизм - это вульгаризированный папизм, только лишенный мистики, авторитета и власти.

Сведением христианства со всеми его бесконечными Богоче-ловеческими истинами к человеку совершено то, благодаря чему (и вследствие чего) западное христианство превратилось в гуманизм. Может показаться парадоксальным, но это исторический факт, ибо западное христианство, по существу, есть самый решительный гуманизм, поскольку человека провозгласило непогре-шимым и Богочеловеческую религию превратило в гуманистическую А это показывает, что Богочеловек оттеснен на небо, а на Его освободившееся на земле место поставлен Его заместитель, Vicarius Christi - папа. Какая абсурдная логика: Вездесущему Богу и Господу ставить заместителя! Но это безумие воплотилось в западном христианстве: Церковь превращена в государство, папа стал государем, владыки провозглашены князьями, священники стали вождями клерикальных партий, верующие провозглашены пап-скими подданными, Евангелие заменено ватиканским сборником канонического права, евангельский путь любви и смирения заме-нен казуистикой, иезуитством и "святой" инквизицией, - а это значит - систематическим устранением, уничтожением всего, что не покоряется папе, и даже нзсшьственным переведением в папскую веру и сжиганием грешников во славу кроткого и благого Господа Иисуса Христа.

Несомненно, все эти факты сами собой приводят к одному выводу: на Западе нет Церкви, нет Богочеловека, а потому нет и настоящего Богочеловеческого общества, в котором человек человеку вечный брат во Христе. Гуманистическое христианство на са-мом деле есть самый решительный протест и восстание против Богочеловека Христа и всех евангельских, Богочеловеческих запо-ведей. Правда, и в этом проглядывает страстное желание европей-ского человека все свести к человеку как к основной ценности и к основному критерию, А за всем этим стоит один идол: Menschliches Allzumenschliches. Сведением христианства к гуманизму христианство, несомненно, упрощено, вульгаризировано и в то же время - погублено. После того, как осуществлен "глайхшалтунг" (отождествление) христианства с гуманизмом, сейчас кое-где в Европе думают о возвращении к Богочеловеку Христу Призывы одиночек в протестантском мире: "Назад ко Христу!" - всего лишь немощные крики в темной ночи гуманистического христианства, которое отступило от Богочеловеческих заповедей и сейчас погибает в отчаянии и немощи, А из глубины веков доносятся горькие слова печального пророка Божия Иеремии; "Проклят человек, иже надеется на человека!" (Иерем. 17, 5). История свидетельствует о том, что западный догмат о непогрешимости человека есть попытка оживить и обессмертить умирающий гуманизм. Это последнее преобразование и прославление гуманизма. После рационалисти-ческого просвещения XVII в. и близорукого позитивизма XIX в. европейскому гуманизму не оставалось ничего другого, как разрушиться под давлением своих противоречий. Но в этот трагический момент на помощь ему пришел религиозный гуманизм и своим догматом о непогрешимости человека спас европейский гуманизм ст неминуемой смерти. Но и догматизированный западный хри-стианский гуманизм не мог не сохранить в себе все пагубные стремления европейского гуманизма, которые сводились к одному:

к изгнанию Богочеловека с земли на небо. Ибо для гуманизма са-мое главное, чтобы человек, а не Богочеловек был высшей ценностью и высшим мерилом.

Христианство есть христианство Богочеловеком Его Богоче-ловеческим учением и святыми таинствами. Это главная истина, относительно которой не может быть никаких сомнений. Только кдк Богочеловек Христос есть высшая ценность и высший крите-рий, а если Он не Богочеловек, то лишь самый бессовестный об-манщик, ибо провозглашает себя Богом и Господином. Но еван-гельская историческая действительность убедительно доказывает, что Иисус Христос есть совершенный Богочеловек. Поэтому не может быть христианина без веры во Христа как Богочеловека и в Церковь как Его Богочеловеческое Тело, - Церковь, в которой Он оставил всю свою чудесную Личность. Спасительная и животво-рящая сила Церкви Христовой заключается в вечноживой и вездесущей Личности Богочеловека. Любая замена Богочеловека каким-либо человеком и любой отбор из христианства только того, что нравится человеческому индивидуальному вкусу и разуму, превращает христианство в поверхностный и беспомощный гуманизм.

Исключительная важность христианства для человеческого рода состоит в его животворящей и вечной Богочеловечнскти, посредством которой оно дает смысл существованию человека как человека, возводя его из тьмы несущего во свет Вездесущего. Толь-ко своей Богочеловеческой силой христианство есть соль земли, охраняющая человека от гниения во грехе и зле. Превращаемое в разные гуманизмы, христианство теряет "вкус", становится потерявшей вкус солью, когорая никуда не: годится, кроме как выбросить ее вон на попрание людям.

Любая попытка приспособить христианство к духу времени, сметать его с преходящими идеями и режимами определенных исторических периодок отнимает у него ту специфическую особенность, особенную ценность, то особенное, что как рлз и делает его единственной Богочеловеческой религией в мире, В православной философии общества существует правило всех правил: не приспосабливать Богочеловека Христа к духу времени, но дух времени приспосабливать к духу Христовой вечности, Христовой Богочеловечности. Только так Церковь сможет сохранить животворящую и незаменимую Личность Богочеловека Христа и остаться Богочеловеческим обществом, в котором люди живут с помощью Божественной любви и правды, молитвы и поста, кротости и смирения, доброты и мудрости, милости и веры, Боголюбия и братолюбия и других евангельских добродетелей.

Согласно Богочеловеческой философии жизни и человек, и общество, и народ, и государство должны врастать в Церковь как в вечный идеал, Первообраз, но Церковь ни в коем случае нельзя приспосабливать к ним, а тем более - отдавать им в рабство. На-род имеет настоящие ценности только постольку, поскольку он живет евангельскими добродетелями и воплощает в своей истории Богочеловеческие ценности. То же самое и для государства. Цель народа в целом та же, что и цель каждого человека: воплотить в себе евангельскую правду, любовь, святость; стать "народом святым", "народом Божиим", история которого являет собой испол-нение Божиих заповедей и добродетелей (1 Петр. 2,9-10; 1,15-16).

Спросите нас: где конкретные плоды этого Богочеловеческого общества? Отчего и в Православии существовало явление "самого радикального секуляризма человеческой истории" (Иосиф Пипер)? Разве не существует и Восточный "гуманизм" (например, це-заропапизм и другие)? Успех социального гуманизма без Бога на почве Православия не есть ли доказательство "неспособности Православия" решить самые элементарные общественные проблемы? - Факт, что этот мир лежит во грехе и зле. Сведение всего к чело-веку - вот та атмосфера, в котором живет и дышит и к которой стремится зараженное грехом человеческое естество и человек вообще; где бы он ни находился. Поэтому не удивительно, что иногда приливы этой греховности, а также волны европейских псевдохристианских ядов заливали и заливают иногда и право-славные народы. Одно, между тем, является ясной истиной. Православная Церковь никогда не возводила е догмат никакой гуманизм, будь то цезаропапизм или какой-либо иной гуманизм. Силой своей истинной и неискаженной Богочеловечности и Евангельской Чистоты и своим непрестанным призывом к покаянию во всем, что не от Богочеловека и не по Богочеловеку, Она сохранила, силой Духа Святого, целомудрие и непорочность своего сердца и своей души. И потому была и осталась "солью" мира, человека и общества. Трагедия же западного христианства в том, что оно, то исправляя лик Богочеловека, то отрицая Его, вновь попыталось ввести демониче-ский гуманизм, характерный для зараженного грехом человече-ского естества, и куда? - В сердце самого Богочеловеческого организма - в сердце Церкви, смысл бытия которой есть, на самом деле, освобождение от такого "гуманизма". А через Церковь западное христианство попыталось ввести его во все области жизни личности и общества, провозгласив его верховным догматом. Этим демоническая гордость человеческого ума, скрытая именем и по-кровом Церкви, становится догматом веры, догматом, без которого нет спасения! Страшно и подумать, а тем более сказать: этим единственная "мастерская спасения" и обожения в этом мире постепенно превращается в демоническую "мастерскую" насилия над совестью и воспитания извергов: - в "мастерскую" уродования Бога и человека через уродование Богочеловека.

Православная Церковь никакой яд, никакой грех, никакой гуманизм, никакую земную общественную систему не провозглашала догматом, - ни на Соборах, ни через "Тело" Вселенской Церкви. А Запад, увы, только это и делает. Самое "свежее" доказательство этого - II Ватиканский собор. Православная Вера. она всегда при-зывает к покаянию, в ней покаяние - это необходимая святая доб-родетель, На Западе; псевдохристианская вера в человека не при-зывает к покаянию, напротив, ее исповедающие "священно" обя-зуются, что останутся при своем губительном человекопоклонничестве, при своем псевдохристианском гуманизме, при своей "непогрешимости", при своих ересях. И они абсолютно убеждены в том, что в этих вещах ни в коем случае не нужно каяться.

Современный безбожный социальный гуманизм, идеологически и методологически, есть порождение и открытие псевдохристианской Европы, увенчанное нашей греховностью. Спрашивают нас; откуда он на почве Православия? Ответ. Это Бог испытывает терпение праведных, посещает детей за грехи их отцов и являет силу Церкви Своей, ведя ее через огонь и воду. Ибо по словам бо-гомудрого Макария Египетского, это и есть единственный путь настоящего христианства: "Где Дух Святой, там, как тень, следует гонение и борьба... Необходимо истине быть гонимой. Плоды же Богочеловеческого общества суть святителя, мученики, исповедни-ки. Это и его цель, и его смысл, и доказательство его неуничтожи-мой, вечной силы. Не книги и библиотеки, не системы и города, которые сегодня есть, а завтра их нет - разные псевдохристиан-ские гуманистические системы наполняют мир книгами, а Право-славие - святыми, - тысячи и сотни тысяч и даже миллионы му-чеников и новомучеников, пострадавших за Православную Веру, - вот плоды Богочеловеческого общества. Вот почему знаменитый Франсуа Мориак, католик, на мрачном горизонте современного мира, изо дня в день все более погружающегося во мрак порож-денного в Европе человекопоклонства, видит только одну точку, вселяющую надежду и веру в будущее того света: кровью мучени-ков и новомучеников залитую Церковь и веру Православную. А на Западе?... На Западе не знают ни Церкви, ни пути, ни выхода из безвыходного положения, - все потонуло в душепагубном идолопоклонстве, сластолюбии, себялюбии и страстолюбии. Отсюда и сле-дует возрождение в Европе многобожия. "Лжехриста", лжебоги наводнили Европу, и вывезенные из нее на все рынки мира, они see служат одной цели: убивать в человеке душу - эту одну единст-венную драгоценность, которую имеет человек и на небе, и на

земле, а тем самым уничтожать и саму возможность существования единого истинного общества.

Говоря обо всем этом, мы не описываем ни историю Европы с ее достоинствами и недостатками, ни историю европейских псевдоцерквей. Мы стараемся лишь проникнуть в сущность гордости европейского ума, в ее демонический преступный мир, где находятся черные источники, ядом которых она грозит отравить мир, Это не суд над Европой, но от всего сердца молитвенный призыв на единственный путь спасения - через покаяние.

Богочеловеческое и гуманистическое просвещение

Просвещение представляет собой факт, имеющий место на протяжении всей истории человеческого рода и свидетельствующий о том, что человек - это несовершенное существо. Об этом свидетельствуют все философии, религии, все науки и культуры. Человек есть нечто, требующее завершения и усовершенствования, поэтому главная цель просвещения - это усовершенствовать человека. Но здесь возникает серьезный вопрос: чем и как усовершенствовать человека?

Человек, с какой бы стороны мы ни пытались его понять, своим существом жизненно связан и с другими существами, и с другими мирами. Он ни в коем случае не замкнутая монада Лейбница, Всей своей жизнью, и физической, и психической, человек, сознательно или не осознавая того, вольно или невольно, но постоянно вплетает себя в грандиозную и необозримую ткань космической жизни. Просвещение, если оно истинно человеческое, должно исходить из этого очевидного факта как из основного логического тезиса. А когда в истории человеческого рода идут поиски совершенного человека, то наше сознание не может избавиться от мучительного вопроса: кто это - совершенный человек?

Платон? - Но от гнетущего сознания своего несовершенства Платон устремился к миру высшему - миру вечных идей и идеалов, Значит, он - не совершенный человек.

Или Будда? - Но преследуемый мучительным чувством своего человеческого несовершенства, Будда все стремления человеческого существа к совершенству вверг в царство вечной неощутимости и несоощутимости - Нирвану. Значит, и он - не совершенный человек

Или Моисей? - Но измученный страшными бедствиями своего народа и своей личной беспомощностью, Моисей непрестанно вопиял к Небу о помощи и неутолимую горечь своего человеческого существа растворял пророческими видениями о будущем Мессии и Спасителе. Значит, и он - не совершенный человек

Может быть это Магомет? - Но мучимый кровожадностью своего ада и сладострастием своего рая, Магомет шествует по этой планете, огнем и мечом осуществляя свои "пророческие сны", с восторженным фанатизмом сея повсюду смерть и оставляя за собою трупы "неверных". И он - не совершенный человек

Или Кант? - Измученный несовершенством человеческого существа, Кант, сжатый тесной оболочкой рационалистического критицизма, все человеческое вверг в пропасть иррациональной "вещи в себе" и оставил его неизвестному и ужасному. Значит, и он - не совершенный человек

Шекспир? - Но в своем страстном желании Совершенного и Законченного Шекспир во множестве своих жутких трагедий переживает человеческое несовершенство, открывая человеку высший духовный мир, оставляет его на этом пути удивленным и растерянным,

Гете? - Измученный драмой человеческого существа, в которой Мефистофель играет главную роль, Гете своим предсмертным криком: "Licht, mehr Ucht!" (Света, больше света!) не открыл ли нам, сколь несчастным отошел он на тот свет? Значит, и он - не совершенный человек.

Или Толстой? - Но в своей постоянной и беспощадной борьбе с несовершенством человеческого существа Толстой пришел к такому душевному смятению, что перед смертью в невыносимой агонии духа оставил все, что имел в этом мире, и бежал из своего дома и от родных, думая убежать от себя самого, от своего мучительного несовершенства и трагической незаконченности. Значит, и он - не совершенный человек

Или, наконец, Ницше? - Но потрясенный трагедией человеческого несовершенства в этом мире. Ницше в невыносимой тоске по высшему, совершенному и законченному человеку сошел с ума; не нашедший и не узнавший совершенства человек.

Так, друг за другом, от первого до последнего человека, перед нами целая процессия несовершенных, не узнавших совершенства людей. А посреди них Он - таинственный и чудесный Богочеловек Божественно совершенен и человечески реален. Его человеческое добро - Божественно совершенно; Его человеческая истина - Божественно совершенна, - так же и Его любовь, Его правда, Его милосердие, Его сострадание, Его бессмертие, Его вечность, Его красота - все это человечески реально, но и Божественно совершенно и законченно. Не удивляйтесь этому: все человеческое Он преобразил в Божие, усовершенствовал и закончил Божиим. Одним словом, в Нем весь человек Божественно совершенен и закончен.

Вы не верите? - опробуйте представить или более совершенного Бога, или более совершенного человека, чем Христос. Ни вы, ни коллективная человеческая мысль не смогут этого сделать, ибо все Божественные совершенства во Христе человечески реальны и конкретны.

И Божественная Истина, и Божественная любовь, и Божественная правда, и Божественная доброта, и Божественная красота в Нем присутствуют - во всей их человеческой конкретности, потому Он и есть тот совершенный и законченный человек, которого род человеческий, мысль и сердце человеческое ищут во всех своих религиях, философиях, науках, культурах, искусствах. Применительно к просвещению этот вывод гласил бы: Христос есть тот идеальный человек, которого человеческое просвещение ищет как свою цель, идеал и смысл. Зная Его, мы знаем, что это такое - настоящий, идеальный, совершенный человек В Нем мы имеем образец Первообраза, по которому каждый человек может построить себя идеально добрым, праведным, идеально совершенным, может завершить себя как человека - и это без больших и непреодолимых трудностей, ибо Он каждому стремящемуся к совершенству дает Божественные силы, позволяющие ему все Божественное сделать своим - человеческим; и Его Божественную справедливость, и Его Божественную истину, и Его Божественную любовь, и Его Божественную доброту.

Мы говорим уже о главном пути Богочеловеческой философии просвещения, которого и план, и составные части, и программа, и душа, и дух - все евангельское, все Богочеловеческое. Все его ценности - Божественные, все способы и средства - евангельские. В нем Бог всегда на первом, а человек на втором месте: человек и живет, и мыслит, и чувствует, и действует Богом, а значит, человек просвещается Богом, не какими-то абстрактным, трансцендентным, наднебесным, платоновско-кантовским Богом, но Богом непосредственной земной действительности и человеческой конкретности, Богом, Который стал человеком и человеку даровал все Божественное, бессмертное, вечное. Поэтому в человеческом роде только О, Богочеловек Христос, мог и умел указать путь к Божественному совершенству: "Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный" (Мф. 5, 48), - и это Божественное совершенство поставить и целью жизни, и целью просвещения, и целью культуры, и целью любой человеческой деятельности. Но сделав это, Он в то же время дал людям и все необходимые средства и силы для достижения Божественного совершенства, Это суть евангельской добродетели: вера и любовь, пост и молитва, кротость и смирение, милосердие и доброта, надежда и терпение, справедливость и истина. Будучи осуществлены, эти добродетели делают человека свя-тым, а значит, и совершенным. Такой человек знает и подлинный смысл мира, и подлинный смысл жизни и всем своим существом трудится над осуществлением поставленной цели во всех областях человеческой деятельности. Вечно живой Богочеловек Иисус Христос постоянно дарует человеку свои бессмертные силы и созидает его во святых добродетелях. Сотканный из святых добродетелей, такой человек постоянно черпает все бессмертные силы из Вечно живого Богочеловека, Поэтому он ощущает себя бессмертным и вечным уже в этой жизни, на этом свете, и поэтому в каждом человеке он видит вечное бессмертное существо. Евангельские добродетели - это проводники Божественного света, каждая из них направляет в человека луч этого света, и потому святой светит и просвещает. Он носит в себе "Свет мира", который ему освещает весь мир, и он видит вечный смысл этого мира и его ценность. "Свет мира" есть в то же время и "Свет жизни", который освещает путь, ведущий человека в бессмертие и жизнь вечную, В человеческом мире свет и жизнь суть синонимы, как синонимы - тьма и смерть.

Обратимся за примером к истории сербского православного народа. Святой Савва - самый великий сербский святой и просветитель. Просвещение - это всего лишь проекция святости, сияние святости: святой светит и этим освещает и просвещает, Просвещение полностью обусловлено святостью; настоящий просветитель, в действительности, святой, и без святого нет просветителя, без святости нет просвещения. Святость есть святость Божественным светом. Истинная просвещенность есть сияние святости, только святые истинно просвещены, ибо Божественною святостью они преисполнили все свое существо, подвизаясь в евангельских добродетелях, и этим вытеснили из себя мрак греха и тьму порока. Евангельская святость и праведность и живет, и дышит, и сияет, и действует Божественным светом, Освящая, она в то же время и освещает, и просвещает. Об этом нам говорит и сама этимология сербского слова "просвета" которое, происходит от церковнославянского слова "просвещение", т.е. освещение (озарение) светом.

Да, "просвещение" значит "освящение светом", и это через освящение Духом Святым, Духом Христовым, Который есть Творец, Носитель и Податель света и святости; поэтому освященные и просвещенные Духом Святым святые - это просветители. Св. Савва Духом Святым породил (ср. 1 Кор. 4, 15) и возродил своих духовных чад - сербов - и направил их по пути освящения с помощью евангельских добродетелей. Об этом выразительно говорит тропарь св. Савве: "Пути вводящего в жизнь, наставник и первопрестольник и учитель был еси: первое бо пришед, святителю Савво, Отечество твое просветил еси, и породив тое Духом Святым, яко древа маслинная в мысленном рай насадил еси всеосвященная твоя чада. Тем яко Апостолом и святителем сопрестольна чтуще тя, мо-лим: моли Христа Бога даровати нам велию милость" (память 12 января ст. ст.). Наученный св. Саввой, наш народ навсегда отождествил понятие просвещения с понятием святости, понятие просветителя с понятием святого, и все это олицетворил во св. Савве как в своем первом и самом великом святителе и просветителе, который всегда будет самым первым и самым великим, поэтому в нашем святосавском (буквальный перевод - пер.) народном сознании Церковь и школа - неразделимы: они и существуют, и живут, и растут один помощью другого.

Просвещение без святости, без освящения Духом Святым, без совершенствования и "достраивания" человека Богочеловеком придумала Европа в своем гуманистическом идолопоклонстве, без различия, проявляется ли оно в обожествлении папы, культуры, науки, техники, политики или моды. Во всем этом главное одно: и человека, и общество, и мир привести в порядок без Бога, без Христа. Также и в просвещении главное: просветить человека и человечество без Христа Бога. В этом стремлении гуманистическое просвещение принялось за создание нового человека, план которого предельно прост в новом человеке не должно быть ничего Христова, - и Европа начала создавать человека, общество и все человеческое без Бога.

Возрождение во многие сердца вселило надежду. Католицизм едва не погубил человека своим схоластицизмом в философии и иезуитизмом в этике, он выпил у европейского человека его творческие силы. Первейшей потребностью Возрождения было: обновить европейского человека гуманистическим духом древней Эл-лады и так предотвратить его смерть. Это можно было сделать:

1) удалением европейского человека от Христа; 2) устранением всех связей, которые его соединяют с высшим, невидимым миром.

Появляется Руссо: человека нужно возвратить природе и изгнать из него все надприродное, "сверхъестественное"; что природно, то прекрасно; природный человек - самый лучший человек. - в этом вся этика и педагогика Руссо.

Руссо много взял у природы и внес в человека. Но встает вопрос: что есть существо, природа самого человека? - Чувства - отвечает сенсуалистическая философия в лице Локка. Человек как чувство - вот настоящий человек Все существо, природа человека выводится из чувств и сводится к ним. Если отбросить все ненужное человеку, то останутся чувства, которые и делают человека человеком.

Но человек, сведенный к чувствам, слишком примитивен и груб. И вот рационалистическая философия во главе с Декартом и Кантом предлагает новый тип человека: человек как разум. Человек - это прежде всего рациональное существо, только разум и делает человека человеком, а все остальное в человеке слишком посредственно, чтобы претендовать на главное место в его существе.

"Упущено самое главное в человеке!" - протестуют волюнтаристы в философии, которых возглавляют Шопенгауэр и Штирнер, - человека нельзя сводить ни к чувствам, ни к разуму, он не есть ни то, ни другое; он есть прежде всего воля - вот сущность настоящего, истинного, нового человека.

Затем в поисках нового человека Европа обратилась к низшим существам и среди них начала искать предков человека, и взяв за основу животное, некоторым образом создала человека без Бога. Было много и радости, и истерического, обезьяньего визга, когда над Европой прогремела гипотеза, что человек произошел от обезьяны и других млекопитающих. Тогда в мир европейской неповоротливости и болезненной мысли ворвался Ницше со своими молниями, бурями и землетрясениями и с самомнением пророка и поэта провозгласил миру свое евангелие о сверхчеловеке. Будучи более страстным в мыслях, нежели в чувствах, он из волюнтаризма Шопенгауэра и эволюционизма Дарвина сделал селый и логический вывод если обезьяна - переходная ступень к человеку, то почему человек не может быть переходной ступенью к сверхчеловеку? Да, человек есть нечто такое, что нужно преодолеть и превзойти. "Что значит обезьяна для человека? Смех и жалкий стыд." Также и человек для сверхчеловека должен быть смехом и жалким стыдом. Сверхчеловек есть смысл земли и цель истории, у него есть четыре главных принципа. 1) Нужно убить Бога. "Вы - высшие люди, - обращается к своим ученикам Заратустра, - этот Бог был самой большой для вас опасностью". Но не бойтесь; умер Бог, - говорит Заратустра, нет больше опасности для вас, нет больше препятствий явлению сверхчеловека. 2) Не щади ближнего: падающего ударь еще раз. 3) Главное - это моя воля к могуществу, дерзкая и беспощадная воля к могуществу. 4) Все дозволено, для сверхчеловека нет ни добра, ни зла; он живет по ту сторону добра и зла, по ту сторону истины и заблуждения, по ту сторону совести и ответственности.

Итак, завершена драма гуманизма, создан новый человек - сверхчеловек. Из эмбриона Руссо гуманистический человек развился в сверхчеловека, человек эпохи Ренессанса завершен сверхчеловеком. Но что такое по существу сверхчеловек и из чего он сделан? - Весь он - это только один инстинкт, инстинкт самосохранения. Но разве из одного инстинкта может быть создана хотя бы и маленькая букашка, а тем более самое сложное на земле существо - человек? Во всем животном мире, насчитывающем более 600 тыс. видов живых существ, нет ни одного мотылька, жизнь которого была бы в одном инстинкте, хотя бы это и был инстинкт самосохранения. А Ницше один единственный инстинкт провозгласил сущностью сверхчеловека, и потому сверхчеловек, в действительности, есть существо, низшее человека, а значит, и не человек. Если хотите, сверхчеловек - это самая удачная карикатура на человека на нашей помраченной планете.

Что касается сверхчеловека, касается и его гуманистических предков. Природный человек Руссо есть не что иное, как получеловек ибо у него отобрано все сверхъестественное, а получеловек - это то же, что и нечеловек, ибо в нем беспрепятственно возросло все естественное зло, чему способствовало и гуманистическое просвещение.

А локковский человек как чувства? - это обломок человека, названный человеком, но это новый урод, новая карикатура на человека. Что суть чувства без души? - Скрипка с пятью струнами, но без скрипача.

А кантовский человек-разум есть вырезка из человека, названная человеком. Где мир человеческих отпущений, в котором и наш рай, и наш ад? - разве без этого человек может быть человеком?

Нет, и кантовский человек - это карикатура на человека.

А в человеке Шопенгауэра-Ницше? где душа со своими бесконечностями, где совесть, где сострадание разве без этого человек может быть человеком? Нет, и это карикатура на человека, только новая карикатура.

Такова гуманистическая выставка новых людей: повсюду карикатура рядом с карикатурой, урод рядом с уродом. Гуманистическое просвещение заселило Европу уродами. Повсюду суть искалеченные люди, обломки человека; нигде нет целого человека. Это страшная выставка: европейский человек без Бога гуманистическим просвещением превращен в урода.

Нужен плач Иеремии: европейский человек совершил свою миссию: создал нового человека без Бога и души. Но где он - этот новый человек, сверхчеловек? Увы, он не существует как индивидуальная личность, но существует как коллективная сила, опустошающая Европу и гуманистической философией, и гуманистической культуой, и гуманистической техникой, и гуманистическим просвещением, и гуманистической цивилизацией. Так сложился специфический тип европейского человека: гольбаховский I'homme machine, homo faber, homo technicus, человек без Бога и души, робот, А робот тем робот, что не знает, не признает ни Бога, ни души, и в этом его особенно и поддерживает экспериментальная психология - Psychologie ohne Seete (психология без души). Это европейская гуманистическая наука о душе, не признающая ее (души) существования. И перед ней пресмыкаются многочисленные европейские роботы как перед непогрешимым божеством.

Европа, за период от Ренессанса и до наших дней; превратилась в фабрику роботов, а робот - это самый жалкий, самый уродливый, самый "нечеловеческий" тип человека. После убийства Бога и своей души европейский человек уже несколько десятилетий совершает постепенное самоубийство, ибо оно неуклонно, неизменно следует за богоубийством. Безбожное просвещение втянуло Европу в такой мрак, в какой никогда не попадал ни один континент. В этом мраке никто никого не может распознать, никто никого не признает за брата.

Какова цель просвещения, если не просветить человека, осветить ему все кручи и ямы и изгнать из него все темное? А человек без Бога, без Христа, без этого единственного Света, как сможет развеять космический мрак и как изгонит тьму из себя? Со всем своим светом человек без Бога есть лишь светлячок в бесконечном мраке Вселенной, а его наука, его философия, его просвещение, его культура, его техника, его цивилизация суть крошечные свечки, которые он жжет во мраке земных и космический событий, А что значат эти свечки в бесконечности ночи индивидуальных, социальных, национальных, интернациональных событий и проблем? Разве не все они уже погасли, и разве не опустился на Европу густой и тяжелый мрак?

С безумием граничит легкомысленная вера во всемогущество гуманистической науки, культуры, техники, просвещения. Под пагубным влиянием этой легкомысленной веры европейское гуманистическое просвещение вызвало конфликт между школой и Церковью, означающий для нашего православного народа катастрофу. Под влиянием его и наш человек начал превращаться в робота.

Чтобы избежать окончательной катастрофы, существует лишь один выход: принять Богочеловеческое просвещение и полностью ввести его во всех школах, от начальной до высшей, во всех просветительских. народных государственных учреждениях. Богочеловеческое просвещение сияет, освещает и просвещает единственным на небе и на земле истинным и неугасимым светом - Богочеловеком Христом. Его никакая тьма не может ни угасить, ни объять (Ин. 1, 5); Он (свет), Богочеловек Иисус Христос, изгонит всю тьму из человека, из общества, из народа, из государства. Он, единственный истинный Свет, освещает до сокровенной глубины каждого человека и в каждом нам открывает нашего вечного, бессмертного Божественного брата, И этот свет нас учит, что и проблема человека, и проблема общества, и проблема нации, и проблема человечества могут быть легко и ясно поняты и решены только тогда, когда и человека, и общество, и нацию, и человечество можно будет увидеть в свете Богочеловека Иисуса Христа.

Главные направления и особенности Богочеловеческого просвещения можно было бы сформулировать так

1) человек - существо, которое наиболее идеально и наиболее реально можно усовершенствовать Богочеловеком;

2) совершенствование человека Богочеловеком осуществляется с помощью евангельских добродетелей;

3) просвещенный человек в каждом человеке видит своего вечного, бессмертного брата;

4) любая человеческая деятельность: философия, наука, ремесло, земледелие, искусство, просвещение, культура - получает свою непреходящую ценность лишь тогда, когда будет освящена и осмыслена в Богочеловеке;

5) истинная просвещенность достигается святой жизнью по Христову Евангелию;

6) святые суть самые совершенные просветители; чем более свято живет человек, тем лучший он воспитатель и просветитель;

7) Церковь есть Тело Христово, а школа есть часть этого Тела;

8) в центре всех центров, всех идей и всякой деятельности стоит Богочеловек Христос и Его Богочеловеческое Тело - Церковь.

Человек или Богочеловек

1. Несомненно, человек - самое таинственное и загадочное после Бога существо всех миров, о которых знают люди. В бесконечностях человеческого существа живут и бушуют непримиримые противоречия: жизнь и смерть, добро и зло, Бог и диавол, и все, что в них и вокруг них. Всеми своими религиями, философиями, науками и культурами человеческий род решал одну проблему - проблему человека. И в муках он сам создал себе верховное божество и служил ему как своей высшей ценности и мерилу. Вот это верховное божество: человек есть мера всех существ и вещей, Но этим "его божественное величество человек" не решил проблему человека, ибо, измеряя себя самим собою, он не понял ни себя, ни мира вокруг себя (ср. 2 Кор. 10, 12). На самом деле, он трудился напрасно, отражая зеркало в зеркале, и потому пришел к одному: не знаю ни человека, ни Бога, ни жизни, ни смерти, причем всем существом чувствую, что я - раб смерти, раб зла и греха, и грехом раб диавола. В процессе всей человеческой деятельности из всего человеческого рода сложилось одно тело: "тело смерти", и каждый человек стал его членом. А что в этом теле? - Смрад, гной, червоточина, "Бедный я человек! Кто избавит меня от сего тела смерти?" (Рим. 7,24).

Никто, кроме Богочеловека Христа, ибо Он, победив смерть Воскресением, разорил "тело смерти" как онтологическую действительность (ср. Откр. 20, 14, 10), избавил род человеческий от смерти, даровал ему Жизнь вечную, Истину вечную, Любовь вечную, Правду вечную, Радость вечную и все остальные Божественные блага, которые только Бог Любви и человеколюбия может даровать. И так Он решил проблему человека. И действительно, с тех пор, как Бог стал человеком, явился как Богочеловек, телом Своим, Церковью, остался как Богочеловек в земном мире, - Он действительно стал и навсегда остался верховной ценностью и верховным критерием человеческого рода. Он - Единый Истинный Бог и Единый Истинный Человек, и Единый - Совершенный Бог и Единый Совершенный Человек неба и земли. Будучи таковым, Он является единой верховной Мерой самого человека в его психофизической действительности и Богочеловеческой потенциальности и всего человеческого. Только в Богочеловеке человек впервые увидел себя совершенным и вечным и познал себя от начала до конца. Отсюда новый аксиоматический и гносеологический принцип всех принципов для человеческого рода: Богочеловек есть мера всех существ и вещей. Но принцип "человек - мера всех существ и вещей" и по-прежнему господствует, чаще всего incognito в безбожном, многобожном и антихристовом мире. Поэтому Богом наученный в том, что есть в Боге и в человеке, Апостол все философии человеческого рода сводит к двум: философии по человеку и философии по Богочеловеку (Кол 2,8).

2. Только Богочеловек есть совершенный Человек, совершенный Бог и совершенный Человек. Ипостась Бога Слова есть самое важное для Церкви и ее учения. Святые богомудрые отцы 4-го Вселенского Собора боговдохновенно исповедали все и объясняли. В Богочеловеке Христе человек достиг всех своих совершенств: Богом усовершенствовал и достроил и свою душу, и свою совесть, и свою волю, и свой ум, и свое сердце, и свое Тело - словом: всего себя. И произошло самое большое и важное чудо: Богочеловек оставил Себя в нашем земном мире и во всех мирах как Церковь, как Тело Свое, чтобы каждый человек мог стать членом Богочеловеческого Тела и так вновь воспрять и достигнуть совершенств своего Богоподобия (ср. Еф. 3, 6). Каждое человеческое существо может только в Богочеловеке и Богочеловеком стать настоящим, совершенным, полноценным человеком; только Церковью и через Церковь, "со всеми святыми", человек может достигнуть "в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова" (Еф, 3, 18; 4. II-1б). В Богочеловеке Христе "обитает вся полнота Божества телесно" (Кол. 2, 8-10), чтобы каждый из нас в Церкви и Церковью исполнил себя этой полнотой Божества. А этого каждый из нас может достигнуть только "со всеми святыми" через святые таинства и святые добродетели, руководимый святой верой и святой любовью (Еф, 3,17-20).

Без Богочеловека человек - это, в действительности, человек без головы и еще без самого себя - вечного и бессмертного, без себя - богоподобного. Вне Богочеловека нет человека, но есть существо ниже человека, нечеловек Кто же без Богочеловека человек - всегда раб смерти, греха и диавола. Только Богочеловеком человек и достигает поставленной Богом цели: становится богом по благодати, и этим достигает совершенной полноты своего существа и своей личности. Он достигает своей Божественной вечности через Богочеловечность, живя в Богочеловеческом Теле Церкви "со всеми святыми", становясь богочеловеком по благодати через святые таинства и святые добродетели. И окрыляет его радость слов святого Василия Великого: "Человек - это существо, которому приказано стать богом". Созданный потенциальным богочеловеком человек в Богочеловеческом теле Церкви стремится ум свой уподобить Божественному уму, преобразить его в Божественный ум ("мы имеем ум Христов" - 1 Кор. 2,16); совесть и волю свою уподобить Божественной совести и воле и преобразить в Божественные; тело свое уподобить тел Богочеловека и преобразить в Божественное тело ("тело для Господа, и Господь для тела" - 1 Кор. 6, 13). Становясь богочеловеком по благодати в Церкви и Церковью, человек возвращает себя к догреховному богоподобию (Парастас "по подобию возведи, древнею добротою возобразитися"), восполняя себя красотами христоподобия (Тал. 4, 19; 3, 27)

Рим. 8, 29). Без Богочеловека человек всегда находится в опасности уподобиться диаволу, ибо грех есть в то же время и сила, и образ диавола и, работая ( = рабствуя) вне Богочеловека греху, человек добровольно становится подобным диаволу, становится своим диаволу: "Кто делает грех, тот от диавола" (1 Ин. 3,8). Нельзя забывать, что главная цель диавола - обезбожить человека, лишить его богоподобия, оторвать от Богочеловека и превратить таким образом в подобное себе существо. Гуманистический антропоцентризм есть, по существу, диаволоцентризм, ибо и тот, и другой желают одного: быть самим собой, самим в себе и для себя. Так они, в действительности, ввергают себя в царство "второй смерти", где нет Бога и нет ничего Божьего (Откр. 21, 8; 20,14). Все вышесказанное есть не что иное, как евангельский, апостольский, святоотеческий теантропизм (евангельское, апостольское, святоотеческое учение Богочеловечества).

3. Европейский гуманизм во всех формах: от самой примитивной до самой сложной и тонкой, от фетишистского до папистского, - основан на вере в человека в его психофизической данности и историчности. Существо любой формулы гуманизма есть человек как высшая ценность и высший критерий: "Человек есть мера всех вещей и существ", - а потому все формы гуманизма, по существу, имеют языческое происхождение. Все формы европейского гуманизма, появившиеся и до, и во время эпохи Возрождения, и после нее, все протестантские, философские, религиозные, социальные, научные, культурные, политические формы гуманизма постоянно, вольно или невольно, стремятся к одному: верой в человека заменить веру в Богочеловека, евангелием по человеку заменить Евангелие Богочеловека, человееской философией и культурой заменить Богочеловеческую, - одним словом, жизнью по человеку заменить жизнь по Богочеловеку. Все это длилось веками, пока в 1870 году на 1 Ватиканском соборе не воплотилось (не соединилось) в догмате о непогрешимости папы: этот догмат стал одним из главных догматов папизма. Поэтому на 2 Ватиканском соборе в наши дни так упорно и искусно защищалась неприкосновенность этого догмата, ставшего эпохальным событием для Европы, особенно ее апокалипсиса, в который она уже вступила. Этим догматом европейский гуманизм пришел к своему идеалу и идолу - человек провозглашен верховным божеством, европейский гуманистический пантеон получил своего Зевса.

Искренность - это язык истины; догмат о непогрешимости папы-человека есть не что иное, как возрождение язычества, языческой аксиологии и критериев истины. Страшно сказать, но это нужно сказать: догматом о непогрешимости папы догматизирован языческий гуманизм, прежде всего эллинский. Догматизирована как высшая ценность и высший критерий эллинская культура, поэзия, философия, искусство, политика, наука: "человек есть мера всего"; т.е. догматизировано язычество, догматизирована автаркия (главенство) европейского человека, к чему стремились все формы европейского гуманизма.

Догмат о непогрешимости папы - это "Ja-Sagung" Ницше всему творчеству европейского человека, его культуре и цивилизации. А они по целям и по методам преимущественно языческие. Заповедь Богочеловека: "Ищите же прежде всего Царства Божия и Правды Его, и это все (что потребно для этой временной жизни - пер.) приложится вам" (Мф. 6, 33), з европейская гуманистическая культура чуть ли не все объявила целью человека и материалом его труда! Богочеловек - единственный Спаситель человека от греха, смерти и диавола, единственный Обновитель человека, воскресивший и вознесший его, даровавший ему вечность и бессмертие, и обожение, ясно указал цель человеческого существа и его жизни стать совершенным, как Бог (Мф, 5, 48), а европейский человек узаконил все, что захотел, в качестве цели для человеческого существа. Истинно евангельское изречение: "Весь мир лежит во зле" - и после подвига Богочеловека (1 Ин, 5,19-21); более того, по слову св. Апостола Павла, диавол есть "бог века сего" (2 Кор. 4, 4). С миром, добровольно лежащим во зле, у последователя Христа не может быть согласия. Последователь Христа не может, не попирая Истину евангельскую, идти на согласие с гуманистическим человеком, оправдывающим и догматизирующим все земное, Здесь всегда выбор: Богочеловек или человек; европейский человек выступает как законодатель, - здесь нет места Богочеловеку, поэтому в гуманистическом царстве Его место занимает Vicarius Christi (наместник Христа), а Богочеловек оттеснен на небо. что является своего рода Его рззвоплощением.

Догматом о непогрешимости присвоив себе все права и класть, принадлежащие только Богочеловеку, папа, в действительности, провозгласил себя Церковью в папистской церкви и стал в ней всеми и всем, потому-то догмат о непогрешимости папы стал верховным догматом папизма, и папа от него не отречется никакой ценой, пока он является папой гуманистического папизма.

4. История человеческого рода знает три главных падения: Адамово, Иудино и падение папизма. Сущность грехопадения всегда одна: суть его есть желание с помощью самого себя стать добрым, совершенным, стать Богом, но этим человек, не осознавая того, уподобляется диаволу, ибо и он хотел с помощью себя стать Богом и собою заменить Бога. И в этом гордоумии он сразу стал диаволом, полностью отделенным от Бога, и против Бога- В этом гордом самообмане и состоит существо греха и существо диавола - сатаны. А это есть не что иное, как желание остаться при своем естестве, не желать в себе ничего, кроме самого себя, и диавол весь б том, что не желает иметь Бога в себе, з том, что желает всегда быть самим собой, самим в себе и для себя, герметически закрытым от Бога и всего Божьего. А это суть вечным эгоизм и себялюбие, обращенные на вечность. Таков, по существу, и гуманистический человек: всегда в себе, при себе, для себя, всегда дерзко замыкающийся в себе от Бога, и в этом вся суть гуманизма, вершина которого - желание с помощью зла стать добрым и с помощью диавола - Богом. Отсюда и диавольское обещание нашим прародителям в раю, что с помощью его (диавола) они "будут, как боги" (Быт. 3,5).

Человеколюбивым Богом человек создан как существо, имеющее возможность с помощью Бога стать богом по благодати, чтобы на основе богоподобия своего существа он добровольно построил, создал себя с помощью Божией в богочеловека. Но человек по своему свободному выбору устремился через грех в безгрешность, с помощью диавола пожелал стать Богом. И наверняка стал бы на этом пути своего рода диаволом, если бы Бог, по Своему безмерному человеколюбию и великой милости Своей, не вмешался, став Богочеловеком, и не возвратил, не направил бы его к Богочеловеку. и не ввел бы его Церковью - Телом Своим - в подвиг обогочеловечения через святые таинства и святые добродетели. И тем самым Господь дал возможность человеку возрасти " мужа совершенного, в меру возраста Христова" (Бф. 4, 11) и этим достигнуть Божественного предопределения о себе: добровольно стать благодатным богочеловеком. Падение папизма - это желание заменить Богочеловека человеком.

5. В нашем человеческом мире, по словам св. тайновидца Иоанна Дамаскина, только Богочеловек Христос есть "единственное новое под солнцем". И это - вечно новое: и Своим Богочеловеческим подвигом, и Своей Богочеловеческой Личностью, и Своим Богочеловеческим Телом - Церковью, А человек только в Богоче-ловеке нов, всегда и вечно нов - во всех своих событиях на пути

спасена освящения, преображения, обожения, обогочеловечения. В земном мире все стареет и умирает, только человек как благодатный человек, "сотелесник Христов" не стареет и не умирает. Вступивший в Церковь Богочеловека и ставший ее частью, органической частью святого и вечного Тела Христова, в котором личность развивается и непрерывно растет "возрастом Божиим" (Кол. 2, 19) - "в мужа совершенного, в меру возраста Христова" (Еф. 4, 13) человек вечно возрастает и развивается в Божественную бесконечность, которую он получил от Трисолнечного Божества, быв сотворен богоподобным.

Богочеловек так исключительно нов и единствен, что в действительности Истина - через Него произошла (Ин, 1, 17) и через Него осталась в нашем человеческом мире. Все, что до Него и без Него, не может заключать в себе Истины, ибо только Богочеловеческая Ипостась есть Истина: "Я семь истина" (Ин. 14,6), и нет для человека Истины, кроме Богочеловека, ибо нет человека без Богочеловека.

Все новое - от Богочеловека и в Богочеловеке: сначала Он Сам, затем спасение и учение о спасении и путь спасения. Исключительно ново в человеческом роде Богочеловеческое слово: различать грех и грешника; ненавидеть грех - любить грешника, убивать грех - спасать грешника, не убивать грешника за грех, но спасатъ от греха. Потрясающая иллюстрация этого; женщина взята в прелюбодеянии. Всемилостивый Спас отделил грех женщины от ее богоподобного существа, осудив грех, помиловал грешницу; "И Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши" (Ин. 8, 11). Это путь Православия в спасении грешника от греха; путь Св. Предания, богомудро закрепленный в Православной Церкви всеми св. отцами и боговдохновенно выраженный св. Симеоном Новым Богословом: "Добро, сделанное не добрым образом, не есть добро".

В свете евангельского Св. Предания является противоевангельским и антихристовым убивать грешника за грех, и никакая инквизиция не может быть оправдана, тем более не может быть святой. В конце концов, все формы гуманизма убивают грешника за грех, уничтожают человека с его грехами, ибо они (эти формы) отвергают Богочеловека, в Котором только спасение человека от греха, смерти и диавола. Кто не за Богочеловека, тот тем самым против человека, тот есть убийца человека и самоубийца, ибо делает человека жертвой греха, смерти и диавола, от которых спасает только Богочеловек. Поступая так с грешником, гуманистический человек неминуемо совершает самоубийство, убивает душу свою, себя самого отдает в ад, в вечную дружбу с диаволом, этим "человекоубийцей от начала" (Ин. 8, 44). А над всем этим безгранично господствует этический гуманистическо-иезуитский догмат: "цель оправдывает средства".

6. Что Богочеловек дает человеку, чего никто другой не может дать? - Победу над смертью, грехом и диаволом, вечную жизнь, истину, правду, вечное добро, любовь, радость, - всю полноту Божества и Божественных совершенств. Благовествует Апостол: "Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его" (1 Кор. 2,9).

Отсюда: воистину только Он, чудесный Богочеловек, есть "едино на потребу" человеку на земле и на небе (ср. Лк. 10,42). Отсюда: только Богочеловек и имеет право требовать от людей то, что никто до Него не мог требовать: чтобы каждый человек больше любил Его, чем родителей, братьев, сестер, детей, друзей, землю, Ангелов и что-либо еще на небе или на земле (Мф. 10, 37-39; Лк. 14, 26; Рим. 8,31-39).

7. Второй Ватиканский собор есть возрождение всех форм европейского гуманизма, эксгумация всех сгнивших трупов, ибо с тех пор, как Богочеловек в земном мире, любой гуманизм - это труп. А все это потому, что собор упорно стоял на догмате о непогрешимости папы-человека. С точки зрения Вечноживого Богочеловека Господа Иисуса Христа, все гуманизмы, по крайней мере, кажутся преступными утопиями, ибо во имя человека разными способами убивают человека в его психофизическом существе, отцеживают комара, а верблюда проглатывают; и догматом о непогрешимости это беззаконие догматизировано. Все это ужасно, ибо этот догмат есть жуткое отпевание всякого гуманизма, от ватиканского догматизированного до сартровского сатанизированного, В гуманистическом пантеоне Европы замерли все боги во главе с Зевсом; они мертвы, пока в их угасшем сердце не вспыхнет самоотверженное покаяние с муками, преображениями, вознесениями, - и тогда не было бы конца их славословиям всегда Животворящему и Чудотворящему Богочеловеку, воистину Единственному Человеколюбцу неба и земли.

8. В чем суть догмата о непогрешимости папы-человека? - В лишении человека Богочеловека. Над этим трудятся все формы гуманизма, в том числе и религиозный. Они возвращают человека к язычеству, к двойной смерти: духовной и физической. Удаляясь от Богочеловека, всякий гуманизм постепенно превращается в нигилизм. Об этом свидетельствует крах всех форм гуманизма во главе с папизмом, прямым или косвенным родителем всех форм европейского гуманизма. Катастрофический крах папизма заключается в догмате о непогрешимости папы, этот догмат есть вершина нигилизма, ибо им европейский человек окончательно объявил, что ему Богочеловек не нужен, и Богочеловеку нет места на земле, ибо Vicarius Christi Его полностью заменяет. И действительно, этим догматом живет, его исповедует, за него держится всякий европейский гуманизм, который есть восстание против Богочеловека Христа. Любыми способами ведется пагубный Umwertung aller Werte:

Богочеловек повсюду заменяется человеком, который возводится на все европейские престолы, а в результате существует уже не один Vicarius Chrisci, но их бесчисленное множество, только в разных одеяниях, ибо, в конце концов, догматом о непогрешимости папы провозглашен безгрешным человек вообще, и теперь Европу бороздят тысячи ватиканских и протестантских пап, между которыми нет существенного различия, ибо папизм - это первый протестантизм, по словам A.C-Хомякова,

9. Непогрешимость - это естественное, Богочеловеческое свойство и естественная Богочеловеческая функция Церкви, Богочеловеческого Тела Христа, которому Он - вечная Глава, будучи Богочеловеком; Второй Ипостасью Пресвятой Троицы. Догматом о непогрешимости папы последний, на самом деле, провозглашен Церковью и занял место Богочеловека. Это заключительный триумф гуманизма, и в то же время это и "вторая смерть"' (Откр. 20, 14; 21,8) папизма, а вместе с ним и всякого гуманизма. Но по отношению к Истинной Церкви Христовой догмат о непогрешимости папы есть не только ересь, но и ересь над ересями, ибо ни одна ересь так решительно и глубоко (интегрально - серб.) не восставала против Богочеловека и Его Церкви, Несомненно, это ересь над ересями, кошмар над кошмарами, злостное изгнание Господа Иисуса Христа с земли, новое Его предательство, новое распятие Христа, только не на деревянном кресте, а на золотом кресте папского гуманизма. А это то, что человек называет адом.

10. Есть ли выход из этого бездонного гуманистического ада? Существует ли воскресение из этих бесчисленных европейских гробов? Есть ли лекарство от этих бесчисленых смертоносных болезней?

Есть: покаяние. Таково бессмертное благовестие Вечного Еван-гелия Богочеловека: "покаяние - к познанию истины" (2 Тим. 2, 25). Иначе и невозможно уверовать во Вссспасительное Евангелие Богочеловека: ''Покайтесь и веруйте в Евангелие" (Мк. 1, 15). Покаяние перед Богочеловеком греха, даже и вселенского. Несомненно, покаяние - это лекарство и от этого великого греха папизма, который содержится в гордом догмате о непогрешимости папы, а потому это лекарство и от греха всякого гуманизма и всех его форм, вместе взятых. Да, да, от своего великого греха "непогрешимый" европейский человек может спастись только чистосердечным покаянием перед чудесным, Всемилостивым и Всеблагим Господом Иисусом Христом, Богочеловеком, воистину Единственным Спасителем рода человеческого от всякого греха, зла, ада, диавола, гуманистического рационализма и вообще от всех грехов, которые только человеческая фантазия и воображение могут придумать.

По этой причине св. богоносные отцы семи Вселенских Соборов все вопросы Церкви Христовой свели к вопросу Личности Богочеловека Христа и исповедали Его как единственную и самую большую драгоценность для каждого человека на земле и на небе. Да, для них Богочеловек Христос - это все и вся в человеческом мире, это единственная и высшая ценность Церкви Христоой на небе и на земле. Их бессмертное правило: все за (и для) Христа, Христа - ни за что (и ни для чего)! Это не человеческий гуманизм, но Богочеловеческое учение. Не человек, а Богочеловек! Христос прежде всего и выше всего!

Гуманистический экуменизм

Экуменизм - это общее название всех видов псевдохристианства и всех псевдоцерквей Западной Европы. В нем сущность всех родов гуманизма с папизмом во главе. А все этому есть общее евангельское название: ересь, ибо в течение всей истории разные ереси не считали важными или искажали отдельные особенности Христа, а эти новые европейские ереси отвергают, оттесняют, отстраняют Богочеловека и на Его место ставят человека, и здесь нет существенного различия между папизмом, протестантизмом и другими сектами, имя которым легион.

Православный догмат о Церкви отвергнут и заменен латинским еретическим догматом о первенстве и непогрешимости папы, а из этой ереси непрестанно вытекают и другие: отказ от "эпиклезы", введение тварной благодати, чистилище, касса излишков добрых дел, механизированное учение о спасении, и отсюда - механизированное учение о жизни, папоцезаризм. инквизиция, индульгенции, убийство грешника за грех, иезуитство, схоластика, казуистика, социальный гуманизм. Протестантизм есть законнорожденное и верное чадо папизма, своей рационалистической схоластикой веками впадающее в ереси и постоянно задыхающееся под действием различных ядов своих еретических заблуждений. При этом папистское гордоумие и "непогрешимое" безумие абсолютно опустошают души верующих. В принципе, всякий протестант - это тот же независимый папа, непогрешимый папа во всех вопросах веры, а это всегда ведет из одной духовной смерти в другую, и так без конца, ибо нет конца духовным смертям человека. Папистско-протестантский экуменизм не имеет выхода из своих мук и смертей без чистосердечного покаяния перед Богочеловеком Господом нашим Иисусом Христом и Его Православной Церковью. Без покаяния и вступления в Истинную Церковь Христову неестественно и бессмысленно говорить о некоем объединении "церквей", о диалоге любви, об intercommunio. Самое главное - это стать членом Богочеловечеcкого Тела Церкви Христовой и частью души Церкви - Духа Святого и наследником всех бессмертных Богочеловеческих благ.

1. Современный "диалог любви", ведущийся в форме голого сентиментализма, в действительности, есть маловерный отказ от спасительного "освящения Духа и веру истине" (2 Соя, 2, 13). Сущность любви есть Истина, и любовь живет, пребывая в Истине, являющейся сердцем всякой добродетели. А воплощение и олицетворение Божественной истины есть Богочеловек Господь Иисус Христос, и если бы истина заключалась в чем-либо ином, то она была бы относительной, преходящей, смертной, будь она понятием, идеей, теорией, схемой, разумом, наукой, философией, культурой, человеком, человечеством, всем миром, небом и землей, или всем этим вместе. Но Истина - это Личность Богочеловека Господа Иисуса Христа, Второго Лица Пресвятой Троицы, и потому она совершенна и вечна, ибо в Господе Иисусе Христе и истина, и жизнь обладают одним качеством; вечностью (ср. Ин. 14, 6; 1, 4, 17). Кто верует во Христа, тот постоянно Его истиной возрастает в Божественные бесконечности всем существом своим: умом, сердцем и душой. Во Христе живем "истинной любовью" (Еф. 4. 15), ибо только так можем возрасти во Христа, причем это происходит всегда вместе "со всеми святыми" (Еф. 3, 1б), всегда в Церкви и Церковью, ибо эти необходимые для возрастания вo Христа силы Церковь получает непосредственно от своей Главы - Иисуса Христа, ибо только Он, Бог и Господь, имеет эти бесконечные силы и богомудро распоряжается ими.

Но существует и "диалог" лжи, когда сознательно или не сознавая того клевещут друг на друга. Такой "диалог" свойствен "отцу лжи" - диаволу (Ин. 8, 44), а также его вольным или невольным сотрудникам, желающим с помощью зла осуществить свое благо и с помощью лжи придти к своей "истине", Нет общения в любви без общения в истине, иначе такое общение неестественно и лживо, - отсюда и заповедь св. Апостола: "Любовь да будет непритворна" (Рим. 12.9).

Еретическое гуманистическое разделение Любви и Истины - это только знак недостатка Богочеловеческой веры и потерянного духовного равновесия. Этот путь никогда не был путем св. отцов. Православные, только соединенные "со всеми святыми" в Истине и Любви, имеют и являют от апостольских времен до днесь Богочеловеческую спасительную любовь ко всему Божественному творению. Голый моральный минимализм и гуманистический пацифизм современного экуменизма обнаруживают болезненность и беспомощность своей философии и этики "по человеку" (ср. Кол. 2, 8), обнаруживают кризис своей гуманистической веры в Истину и забвение истории Церкви, се непрерывной соборной и апостольской жизни в Истине и Благодати. Св. Максим Исповедник так говорит об истине Богочеловеческой веры: "Вера есть основание надежны и любви. Ибо она есть верный хранитель и самой истины"

Несомненно, святоотеческий и апостольский принцип любви к людям и отношения к еретикам есть принцип Богочеловеческий. Это боговдохновенно выражено в следующих словах св. Максима Исповедника: "Я не желаю, чтобы еретики мучались и не радуюсь их злу, - Боже, сохрани! но сугубо радуюсь их обращению. Ибо что верным может быть милей, нежели видеть рассеянных чад Божиих, собранных воедино. Я не потерял рассудок, чтобы советовать ценить немилосердие выше человеколюбия. Напротив, я советую со вниманием и усердием творить добро всем людям и всем верным быть всем для нуждающихся. Но при этом я говорю: нельзя помогать еретикам в утверждении их безумных верований, здесь нужно быть резким и непримиримым. Ибо я не называю любовью, но человеконенавистничеством и отпадением от Божественной любви то, когда кто-либо утверждает еретиков в их заблуждении на неминуемую погибель этих людей".

2. Вот учение Православной Церкви о еретиках; ереси - не Церковь и не могут быть ею. Потому у них (еретиков) не может быть ев. Таинств, во всяком случае, св. Евхаристии - Таинства над Таинствами, ибо св. Евхаристия есть все и вся в Церкви: и Сам Богочеловек Иисус Христос, и сама Церковь как Его Тело, и вообще все Богочеловеческое.

Intercommunio - общение с еретиками в св. Таинствах, особенно в св. Евхаристии - это самое бессовестное предательство Господа Иисуса Христа, иудино предательство, а также предательство всецелой Богочеловеческой, Апостольской, святоотеческой, Единой Церкви Христовой.

Прежде всего нужно спросить: на какой экклезиологии основано так называемое "intercommunio"? Все Православное учение Церкви основано не на intercommunio, но на Богочеловеческой действительности communio, на Богочеловеческом общении (ср. 1 Кор. 1, 9 ; 10, 16-17; 2 Кор. 13, 13; Евр. 2, 14; 3, 14; 1 Ин, 1, 3), в то время как термин "межобщение" сам по себе противоречив и полностью бессмыслен для православной экклезиологии. Затем; в Православном учении о Церкви и св. Таинствах единственным Таинством является сама Церковь - Тело Христово; она есть единственный источник и содержание св. Божественных Таинств. Вне Церкви не может быть ни Таинств, ни тем более "межобщения" в Таинствах. Лишь Церковь есть источник св. Таинств, и никак не наоборот: не могут Таинства стоять над Церковью и рассматриваться вне ее. По православному учению о св. Таинствах, Церковь не признает вне себя никаких других "таинств" и не считает их таковыми для определенного лица, пока оно не перейдет из псевдоцеркви через покаяние в Православную Церковь. Остающийся вне Церкви и не соединяющийся с нею через покаяние есть еретик и неминуемо находится вне церковного спасительного общения, "ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою?" (2 Кор. 6,14).

Первоверховный Апостол властью Богочеловека повелевает: "Еретика, после первого и второго вразумления, отвращайся" (Тит. 3,10). А кто еретика не только не отвращается, но и самого Господа Иисуса Христа преподает ему во св. Евхаристии, - тот разве находится в св. апостольской Богочеловеческой вере? Более того, любимый ученик Христов, Апостол любви, повелевает: человека, не верующего в воплощение Христа и не признающего евангельское учение о Нем как о Богочеловеке - "не принимайте в дом" (2 Ин. 1,10).

Правило 45-е св. Апостолов громогласно заповедует "Епископ, или пресвитер, или диакон, который лишь помолится с еретиками, да будет отлучен; если же разрешит им действовать как служителям Церкви, да будет нзвержен" (ср. Правило 33 Лаодикского Собора). - Эта заповедь ясна и для комариной совести.

Правило 64-е св. Апостолов повелевает: "Клирик или мирянин, который пойдет в синагогу иудеев или еретиков на молитву, да будет извержен и отлучен". - И это удивительно ясно и просто.

Правило 4б-е св. Апостолов: "Заповедуем, да извергнется епископ или пресвитер, который признает крещение или жертву еретика. Ибо: какое согласие между Христом и велиаром? Или какая честь верного с неверным?" (2 Кор. 6, 14) - Видно и для слепых эта заповедь строго повелевает не признавать у еретиков никаких св. Таинств, считать их недействительными и безблагодатными.

Св. Иоанн Дамаскин благовествует от сердца всех св. отцов, св. Апостолов и св. Церковных Соборов: "Хлеб Евхаристии не есть простой хлеб, но соединенный с Божеством... Очищаясь им, мы соединяемся с Телом Господа и Духом Его и становимся телом Христовым... Таинство Евхаристии называется Причастием, ибо им причащаемся Божества Иисуса. Называется оно и соединением, и оно истинно то, ибо через него мы вступаем в сообщество со Христом и получаем часть и в Его Теле, и в Его Божестве; с другой стороны, через него (через это Таинство) мы вступаем в сообщество друг с другом и соединяемся. И поскольку все причащаемся от одного хлеба, то становимся одним Телом Христовым и одной кровью, и членом один другому, ибо все мы сопричастники Христовы. Поэтому мы всей силой своей уклоняемся принимать причастие от еретика или преподавать причастие ему. Ибо Господь говорит: "Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями" (Мф. 7, 6), чтобы не стать нам участниками их зловерия и осуждения. Ибо если действительно совершается соединение со Христом и друг с другом, то мы добровольно соединяемся и со всеми нами, которые вместе с нами причащаются. И это соединение совершается добровольно, не без нашего согласия, ибо все мы одно тело, поскольку от одного Тела причащаемся, как говорит Апостол" (l Kop.l0.17)38

Преп. Федор Студит, бесстрашный исповедник Богочеловеческих истин, говорит: "Причастие от еретика отвращает от Бога и предает диавола" (Творения преподобного Феодора Студита. том 2, с, 332. СПб., 1908). В Евхаристии от еретика "хлеб еретический не есть Тело Христово" (там же, с. 596). "Какая разница между светом и тьмою, такая же и между Православным и еретическим причастием. Православное просвещает, еретическое помрачает; одно соединяет со Христом, другое - с диаволом; одно оживляет душу, а другое убивает" (там же, с. 742), "Причастие из еретических рук есть яд, а не обыкновенный хлеб" (там же, с. 780).

Это наше хождение по раю и аду закончим Богочеловеческими благовествованиями современного православного владыки, воистину Златоуста Сербской Православной Церкви Николая Жичского (+ l956). Он благовествует: "Славный пророк Исаия прорек следующее: "Когда восстанет Господь потребить землю, в тот день поникнут гордые взгляды человека, и высокое людское унизится; и один Господь будет высок" (Ис. 2,11).

И в древние времена много раз восставал Господь потребить землю из-за обожествления людей вместо поклонения Ему, Единому Богу, из-за высокомерных человекобогов. Восстал Он и в наше время и воистину поразил землю в праведном гневе Своем, чтобы сломить человеческую гордыню и высокомерное самовозвышение человека.

Такое восстание Бога против людей неизбежно следовало за восстанием людей против Бога. Еретические народы нашего времени отвели Христу Господу последнее место на трапезе этого мира, как последнему нищему, тогда как на первые места посадили своих великих политиков, писателей, философов, легендарных героев, ученых, финансистов и даже туристов и спортсменов. Глаза этих народов были устремлены на этих современных богов, а на Христа-Победителя смерти мало кто обращал внимания, Такому мерзкому восстанию крещеных, но еретических народов против Всевышнего Бога должно было пследовать и восстание Бога против беззаконных людей, и Он воистину восстал потребить землю. И мы сами пережили небывалое страдание народов. Случилось то, что прорек Исаия: "И войдут люди в расселины скал и в пропасти земли от страха Господа и славы величия Его, когда Он восстанет сокрушит" землю" (Ис. 2,19). - Разве это не исполнилось до буквы в минувшей войне? Разве люди на нескольких континентах, как и в нашей стране, не прятались в расселины и в пропасти земные, чтобы укрыться от европейских сеятелей смерти? А эти сеятели смерти и есть те великаны и человеческие идолы, которые за трапезой этого мира сидели на почетном месте и смеялись в лицо Христу, как последнему нищему.

Далее пророчествует Исаия, что люди из страха перед славой и величием Единого Бога разобьют всех своих идолов, выбросят всех своих ложных богов. И заканчивает он свое страшное свидетельство таким предупреждением; "Перестаньте вы надеяться на человека, которого дыхание в ноздрях его, ибо что он значит?" (Ис. 2, 22). Исаия желал сказать всем, могущим слушать и разуметь: перестаньте надеяться на немощных и смертных людей, возвратитесь к Богу Живому, в Котором спасение. Кто обольстил вас отвергнуть Христа Спасителя и на первое место посадить своих гордецов, пустозвонов и сеятелей смерти? Или вы хотите, чтобы вас опять обманули? Выбирайте между жизнью и смертью и знайте, что, если вы восстанете против Бога своими богами "культуры", то и Он восстанет против вас, и дети ваши тогда будут изнемогать от страха в пещерах и ущельях земли и познают силу и величие Господа Бога, Творца и Вседержителя, но познают дорогой ценой, много дороже, нежели познали бы вы.

Наши крещеные братья, которые соблазнились католической и лютеранской ересью, своей мудростью не познали и потеряли Христа и презрели православных христиан как немудрых и некультурных. Но именно на них сбылись слова АП. Павла: "Называя себя мудрыми, 0безумели" (Рим. 1, 22), ибо отвергли духовную мудрость по Христу, которая сокрыта в кротости и любви, а облеклсь в плотскую и мира сего мудрость вслед за языческими философами, - в ту мудрость, которая вся в гордыни и злобе. "И славу нетленного Бога изменили в образ, подобный тленному человеку... и поклонялись, и служили твари вместо Творца" (Рим. 1, 23, 25), то есть похитили всю славу у Христа и одели ею смертных людей, возвышающихся до новых мессий. Так они, наученные языческими и безбожными философиями, уразумели славу. А понятие культуры означает собой у них почитание твари, т.е. видимой природы, и служение ей более, нежели ее Творцу. Смертные боги и обожествленная природа - это сейчас пока последняя глубина западного человечества в его неудержимом и ековом падении с высот Христовых в тартар сатанинский. Это вершина отождествления людей на западе с древним язычеством римским и современным азиатским. Тысячи книг ежегодно выпускают они в свет во славу великих людей и в похвалу своей культуры, и тысячи газет ежедневно находятся на службе ложной славы и похвалы человеческих дел под напыщенным названием "культура". Потому предал их Бог срамным сластям (ср. Рим. 1, 26, 28) и они удовлетворяются не небесным, а земным, и только тем, что вызывает смех диавола и плач Ангелов Христовых. Сласти их в заботе о плоти, в грабеже чужого, в похищении у малых и слабых, в умножении земных благ и расширении своего господства и власти, в вероломном завоевании чужого отечества, в веселии и танцах, в отвержении всякой веры как суеверия, в отрицании Бога, в полностью биологической (скотоподобной) жизни, в назывании обезьяны своим предком, в растворении антропологии в зоологии.

Вы спросите, может ли это самое заблудшее в истории поколение когда-либо повернуть к истине? Может. И пусть бы отверженный им Христос скорее это сотворил. Когда это будет?

Тогда, когда наши западные братья будут писать тысячи книг ежегодно во славу Христа Бога нашего, тысячи их газет ежедневно будут писать о христианских добродетелях вместо того, чтобы писать о хуле и святотатстве, о торговле и о плотских инстинктах. Когда произойдет это преображение, тогда западное еретическое человечество явится пред видимыми небесами омытым, очищенным и источающим благоухание покаяния.

Тогда и мы, православные, возрадуемся, ибо вновь приобретем братьев своих. Тогда языческие народы исполнятся любовью ко Христу и будут стремиться стать Его чадами, ибо христиане больше не будут мешать им быть Христовыми. Тогда не будет злобы между людьми и войн между народами, но будет превосходящий разум мир Христов и слава Христова, которой нет подобия ни во времени, ни в вечности.

Великое счастье для людей - явление Бога во плоти, великое несчастье - отпадение от этого Бога и возвращение в рабство сатане. Это несчастье произошло на Западе по двум причинам. Это, во-первых, ненависть к еретическому священству; и, во-вторых, ненависть к евреям; и обе они возросли в сердце западного человечества из одного семени. Семя это - попытка как христианского клира, так и евреев установить свое полное господство над жизнью народов и государств во всех областях. Ненависть к такому клиру переросла в ненависть к Церкви, а ненависть к евреям включила в себя и ненависть ко Христу как к еврею по плоти. Христос был евреем по матери и по народу, в котором впервые явился, но именно этот народ Его не принял и убил страшной смертью. Что отсюда следует? Если кто-то против евреев, то как он может быть и против Христа, против Которого евреи борются 2000 лет? Но где впиваются сатанинские когти, там лучше не спрашивать о логике.

Ведомые ненавистью против клира и евреев, западные народы постепенно вытесняли Христа из своей жизни, пока в последнее время не вытеснили Его из всех областей народных и учреждений и не ограничили Его присутствия (в мире) исключительно храмом, - присутствие в мире Того, Кто после славного Воскресения сказал: "Дана Мне всякая власть на небе и на земле" (Мф. 28, 18); - у Него ослепленные люди похитили всякую власть, и не только власть, но и все на этой земле в школе, в обществе, в государстве, в политике, в искусстве, в международных и межчеловеческих отношениях, в науке, в литературе и во всем остальном.

Но "Бог поругаем не бывает" (Рим. 12, 19). Когда люди, будучи гостями за Божией трапезой, совсем теряют стыд, приходит наказание как предупреждение от Владыки, Две мировых войны за 20 лет - это два страшных Божиих предупреждения современному поколению. Пусть христианские народы преклоняют свои непокорные выи и олени пред отверженным ими Христом и воздадут Ему ту власть, честь, славу и поклонение, которая только Ему и подобает. Так поступайте и вы, православные братья, если хотите оградить себя от 3-й мировой войны, которая будет намного страшнее, чем две предыдущие.

Что такое Европа? Это похоть и разум - человеческая похоть и человеческий разум, и вместе они воплощены в папе и в Лютере. Что есть, следовательно, Европа? - Папа и Лютер, измельчавшие или измельченные человеческие желания и разум, растворенный в суете до предела. Европейский папа есть человеческое желание власти. Европейский Лютер есть человеческое стремление и решимость объяснить все своим разумом. Папа как властитель мира - вот Европа в своем существе. Одно означает ввержение человечества в огонь, другое - в воду, но и то, и другое отрывают человека от Бога. Одно означает отрицание веры, другое - отрицание Церкви Христовой. Вот так действует злой дух в теле Европы уже несколько веков. И кто его может изгнать? - никто, кроме Того, Кто единственный имеет власть изгонять демонов из людей -Господь Иисус Христос, Мессия и Спаситель, от Девы рожденный, от евреев убиенный, Богом Отцом воскрешенный, веками подтвержденный, от небес оправданный, от Ангелов прославленный, святыми проповеданный и предками нашими принятый.

Пока Европа держалась Христа как Солнца правды и Его Апостолов, мучеников, святителей и бесчисленных угодников и праведников, она была подобна площади, освещенной тысячами больших и малых светильников. Но когда человеческая похоть и разум восстали против Христа, как от страшных ветров погасли от них светильники пред очами людей, и мрак, подобный мраку в норах кротов, покрыл эту площадь.

По человеческой похоти каждый народ и каждый человек ищет власти, сласти и славы, подражая папе римскому. По человеческому разуму каждый народ и каждый человек считает себя самым умнм и заслуживающим всех земных почестей. Как не быть войнам между народами? Как не быть сумасшествию и бешенству среди людей? Как не быть болезням, засухам, наводнениям, туберкулезу, язвам, революциям и войнам? Всему этому должно быть, как должен исходить гной из гноящейся раны и смрад от наваленных нечистот.

Папизм использует политику и только так приходит к власти. Лютеранство использует философию и науку и так мыслит придти к разуму. Так похоть развязала войну против разума, а разум - против похоти. Это новая вавилонская башня. Это Европа. В наше время выросло новое европейское поколение, обвенчавшее похоть и разум в атеизме и отбросившее папу и Лютера. Сейчас никто не скрывает похоть и не хвалит разум, Человеческая похоть и человеческий разум заключили в наши дни брак - и не католический, и не протестантский, а ясно сатанинский. Современная Европа уже вне папизма и лютеранства, она конкретно прикована к земле без всякого желания подняться в небо ни "благословением" "непогрешимого" папы, ни по лестнице протестантского разума. Она вообще не хочет покидать этот мир, она желает, чтобы ее гроб был там же, где и ее колыбель. Она не знает другого мира, не чувствует небесного благоухания, не видит во сне ангелов и святых; о Пресвятой Богородице не желает и слышать, ибо разврат утверждает ее в ненависти против девства. Вся площадь во мраке. Все светильники потухли. О, какой ужасный мрак! Брат брату вонзает меч в грудь, считая его врагом. Отказывается отец от сына и сын от отца. Волк волку более верный товарищ, нежели человек человеку.

Ах, братья мои, неужели вы всего этого не видите? Неужели вы еще не почувствовали мрака и злобы антихристианской Европы на самих себе? За кем вы желаете идти? За Европой или за Христом? За смертью или за жизнью? Об этих путях (в жизнь или в смерть) говорил когда-то и Моисей своему народу, а мы говорим о них вам. Знайте, что Европа - это смерть, а Христос - это жизнь. Изберите жизнь, да живы будете вовек Братья мои, XVIII век - это отец XIX века, а XIX век - отец XX века. Отец погряз в больших долгах, сын не заплатил долга своего отца и еще больше задолжал, и долг пал на внука. Отец был заражен тяжелой болезнью, сын не исцелился от коварной болезни отца своего в себе, но еще больше заболел, и болезнь с трехкратной силой ударила по внуку Внук - это XX век, в котором мы живем.

XVIII век означал бунт против церкви и священства римского понтифекса. XIX век означал бунт против Бога. XX век означает союз с диаволом. Долга возросли, и болезнь еще более усилилась, а Господь сказал, что посещает грехи отцов даже до 3-го и 4-го колена. Не видите ли, как Господь наказал внуков за грехи их европейских отцов? Не видите ли розги на внуках за неоплаченные грехи дедов?

Царь-антихрист знаменует начало XIX века, папа-антихрист - середину XIX века; европейская философия-антихрист (из сумасшедшего дома) - конец XIX века; Бонапарт, Пий, Ницше - три роковых имени трех самых тяжелых больных, больных врожденной болезнью.

Победители ли они XIX века? - Нет, они самые опасные носители болезни, унаследованной от XVIII века. Цезарь, понтифекс и философ... и не в языческом древнем Риме, а посреди крещеной Европы! Они не победители, а самые что ни на есть побежденные. Когда Бонапарт насмеялся над святынями в Кремле, когда Пий провозгласил себя непогрешимым, когда Ницше объявил о своем служении антихристу, тогда солнце померкло на небе, и будто не одно, а тысяча солнц, то и тогда бы померкли они от печали и страха, ибо такого дива еще мир не видал: атеист-царь, атеист-понтифекс и атеист-философ. Во времена Нерона хотя бы один из трех не был атеистом - философ XVIII века - век Пилата, ибо осудил Христа на смерть; XIX в. - век Каиафы, ибо вновь распял Христа; XX век - век синедриона, составленного из крещеных и некрещеных иуд, который провозгласил, что Христос навеки умер и не воскресал. Почему вы, братья, тогда удивляетесь, что наступи-ли небывалые бедствия для Европы - вплоть до мятежей, войн и революций?

Кто тогда победитель, если не цезарь, не понтифекс и не философ, отвернувшейся от Христа Европы? - Победитель - это русский мужик и сербский крестьянин, по слову Христову: "Кто из вас меньше всех, тот будет велик" (Лк. 9, 48), Кто был самым незнатным и меньшим в XIX веке - в веке великого Бонапарта, "непогрешимого" Пия и неприступного Ницше, - если не русский мужик-паломник по святым местам и сербски крестьянин - борец против полумесяца и освободитель Балкан? Диавольское поле битвы, диавольское священство, диавольская мудрость - вот поприще для императора, папы и философа XIX века. Сербский крестьянин был полной противоположностью всему этому: первое - его князья мужественно боролись за свободу родины и чистоту Православия; второе - его священство претерпело мучения за Христа, и третье - его философией была рыбарская апостольская мудрость. И к нему относятся молитвенные слова Господа и Спаса нашего Иисуса Христа: "Славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам" (Мф. 11, 25). Что открыл Бог младенцам? - Мужескую храбрость, небесную святость и Божественную мудрость, - открыл им все то, что противоположно западному цезарю, папе и философу, как противоположны день и ночь. Если бы Европа осталась христианской, то хвалилась бы Христом, а не культурой. И великие народы Азии и Африки, хотя и некрещеные, но духовно настроенные, это понимали и ценили, ибо каждый из этих народов хвалится своей верой, своими божествами, своими религиозными книгами - Кораном, Ведами и др. Не хвалятся они лишь делами рук своих, своей культурой, но тем хвалятся, что считают высшим себя, действительно наивысшим в мире. Только европейские народы не хвалятся ни Христом, ни Его Евангелием, но своими смертоносными машинами и дешевыми фабриками, и последствия такого самохвальства таковы, что все нехристианские народы возненавидели Христа и христианство. Возненавидев малое, они возненавидели и самое большое: возненавидев плоды Европы, возненавидели и европейского Бога. Но Европу и это не волнует, ибо она прежде всех возненавидела и отвергла своего Бога. К такому незавидному положению привело европейское человечество его ошибочное развитие под влиянием лжецеркви за последние 900 лет, и повинны в этом не европейские народы, а их духовные пастыри.

Было бы счастьем, если бы Европа хвалилась христианством как самым драгоценным наследием и достоянием. Этому следовало быть, и так было в первые века после пришествия Христа, когда Европа была тезоименита христианству и была с ним одним существом. Прославление Христа и Его проповедание всем народам было Богом определенной миссией европейского континента. Вне христианства Европе нечем похвалиться, ибо без Христа они нищий иждивенец и самый бессовестный грабитель этого мира.

Европейская школа отделена от Церкви, отвергла веру в Бога и превратилась в отравительницу, несущую смерть европейскому человечеству. Никогда в языческих культурах наука не отделялась от веры, даже если и вера была ошибочна и глупа. Это случилось только в Европе, хотя она имела и самую совершенную веру. Но из-за столкновения с церковными старейшинами Европа раздраженно отвергла самую совершенную веру, а самую несовершенную науку удержала, отвергла Божие знание, а ухватилась за человеческое незнание, являя этим свое помрачение и безумие.

Запад стал младенцем, в этом и мерзость его, и его сумасшествие. В свою христианскую эпоху Запад был православным и видел духом и умом, но чем дальше удалялся от христианской истины и Христовых добродетелей, тем больше ухудшалось его духовное зрение, пока в XX веке совсем не было потеряно. Сейчас у Запада остались лишь плотские очи для чувственного зрения, и он их вооружил многими приспособлениями, чтобы лучше, детальнее видеть вещественный, телесный мир, его облик, цвет, число, меру. Он смотрит в микроскоп и видит мельчайших червей и микробов;

он смотрит в телескоп и видит звезды так близко, как их никто никогда из людей не видел. И это все. Что же касается умного видения сокровенного существа вещей и духовного прозрения в смысл и значение всего сотворенного во Вселенной, в этом западное человечество сейчас более слепо, чем мусульманская Аравия и брахманская Индия, чем буддийский Тибет и спиритический Китай. И в самом деле, большего чем этот позор христианство не переживало за минувшие 2000 лет, ибо крещеные люди стали более слепы, чем некрещены. В том, в чем Ал. Павел обличал крещеных галатов, в том он обличил бы сейчас впавший в детство Запад. Так писал он галатам; "О, несмысленные Галаты! кто прельстил вас, у которых перед глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый?,, Так ли вы несмысленны, что, начав духом, теперь оканчиваете плотью?" (Тал. 3, 1...3). И Европа когда-то начинала духом, а сейчас оканчивает плотью, т.е.плотским зрением, суждением, пожеланиями и завоеваниями. Словно заколдованная! Вся ее жизнь протекает по двум путям: в длину и в ширину, т.е. по плоскости. Не знает она ни глубины, ни высоты, потому-то и борется за землю, за пространство, за расширение плоскости и только за это!

Отсюда война за войной, ужас за ужасом. Ибо Бог сотворил человека не только для того, чтобы он был просто живым существом, животным, но и для того, чтобы он умом проник в глубину тайн, а сердцем вознесся на высоты Божий. Война за землю есть война против истины, против Божьего и человеческого естества. И сколько люди страдают, бедствуют и теряют во время преходящей и обманчивой земной жизни! Если хотя бы сотую часть этих мук и потерь они захотели понести ради Царства Небесного, то война на земле стала бы им до слез смешна и не нужна. Но они Христу, скрепя сердце, дают две лепты, а в церкви Марса-диавола оставляют все свое имущество и детей!

Пусть Европа примет истинное крещение и обратится ко Христу. Пусть вспомнит Пресвятую Богородицу и 12 великих Апостолов, и чешуя отпадет от ее глаз, и будет она так же прекрасна, как 1000 лет назад была прекрасна Православная Европа. И будет она счастлива, и мы с нею. И возрадуются европейские народы, и со слезами на глазах вместе с нами запоют вечное славословие Богу: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф, исполнь небо и земля славы Твоея. Аминь.

Но властолюбивые и высокомерные европейские народы до сего дня не признают своей вины. Не имеют они понятия ни о грех, ни о покаянии, и во всяком зле в мире они обвиняют всех, кроме себя. Да разве есть грех для них, когда они сели на престол Божий и себя провозгласили непогрешимыми богами! Первым это сделал папа, затем это сделали западные князья и короли, а потом и все остальные: и носящие крест, и носящие меч.

Если бы историю XVIII-XX веков можно было назвать одним-двумя словами, то, вероятно, самым подходящим было бы такое название: Протокол суда между Европой и Христом, ибо за последние 300 лет в Европе не происходило чего-нибудь, не имеющего связи со Христом.

На этом суде Христос говорит Европе, что она крещена в Его имя и потому должна остаться верной Ему и Его Евангелию, На это обвиняемая отвечает.

- Все веры одинаковы. Это нам сказали французские энциклопедисты, И никто не может принудить веровать в то или в это. Европа терпит все веры и все народные суеверия из-за своих империалистических интересов, но сама не придерживается ни одной из них Когда мы достигнем своих политических целей, тогда мы быстро разделаемся с этими суевериями.

Христос:

- Как можете вы, люди, жить только материальными интересами - только плотской похотью? Я пришел сделать вас богами и сынами Божиими, а вы предаетесь суете и погибаете в борьбе сами с собой, уподобляясь бессловесным скотам.

Европа:

- Ты устарел, и вместо Твоего Евангелия мы нашли биологию. И сейчас мы знаем, что мы потомки не Твои и не Отца Твоего Небесного, а орангутангов и горилл, И сейчас мы заняты самосовершенствованием, чтобы стать богами, ибо мы не признаем других богов, кроме нас самих.

Христос:

- Вы упрямее древних иудеев; Я вас воздвиг из варварского мрака в свет небесный, а вы вновь возвращаетесь во тьму, - как свиньи в грязь. Я отдал за вас Кровь. Я явил вам Свою любовь, когда от вас отвернулись все Ангелы, не в силах стерпеть исходящего от вас адского смрада. И когда вы были окутаны и исполнены мраком и смрадом, Я пришел в мир, чтобы очистить и освятить вас. Так не делайтесь вы опять такими неверными, иначе опять возвратитесь в этот невыносимый мрак и смрад.

Европа с усмешкой:

- Уходи от нас. Мы не знаем Тебя. Мы признаем лишь эллинскую философию и римскую культуру. Мы хотим свободы. У нас есть университеты; наука - это наша путеводная звезда, Наш лозунг: свобода, равенство, братство. Наш разум есть бог богов. Ты Азиат, мы Тебя отрицаем; Ты лишь древняя легенда наших неученых предков.

Христос:

- Я сейчас уйду, и вы это увидите. Вы оставили путь Божий и пошли путем сатанинским. Благословение и счастье взято от вас. В Моей руке ваша жизнь и ваша смерть, ибо Я добровольно распялся за вас. Не Я буду судить вас, но грехи ваши и ваше отпадение от Меня, вашего Спасителя. Я явил вам любовь Отца Моего ко всем людям и хотел ею всех вас спасти.

Европа:

- Какая любовь? Здоровая мужская ненависть ко всем несогласным с нами - вот наша программа. Твоя любовь есть лишь басня, и на ее место мы поставим: национализм, интернационализм, этатизм, прогресс, эволюцию, культуру - вот в чем наше спасение, а Ты уходи от нас.

Братья мои, судебное разбирательство закончено: Христос оставил Европу, как оставил когда-то страну Гадаринскую. Но как только Он удалился, начались войны, злоба, ужасы, разрушения, уничтожение. В Европу вернулось дохристианское варварство - аварское, гуннское, лангобардское, африканское - только варварство во стократ более ужасное. Христос удалился, взяв Свой крест и благословение. Остался мрак и смрад, и вы решайте, за кем идти: за мрачной и смрадной Европой или за Христом,

Жители Африки и Азии называют европейцев белыми демонами. Соответственно Европу можно было бы назвать Белой демонией - "белой" за цвет кожи, а "демонией" - за мрак души, - ибо Европа отреклась от Единого Бога, подобно римским кесарям, ибо и те перед концам Римского господства объявили всем народам, что каждый может поклоняться своим богам, как знает и умеет. И Европа тоже будет проявлять подобную терпимость, но все должны поклоняться ей как верховному божеству или под именем Европы, или под именем культуры.

Так и в наши дни стал вампиром сатанинский Рим, таким стал, каким был Рим до царя Константина, - Римом, огнем и мечом гнавшим христиан и мешавшим Христу придти в Европу. Только Белая демония впала в еще более тяжелую болезнь, нежели сатанинский языческий Рим, ибо если языческий Рим был мучим одним бесом, то Белая демония мучима еще семью бесами, злейшими римского. Будьте готовы от Белой демонии принять мучения за Христа.

Новая языческая Европа не поклоняется никому из богов и не признает богов над собой, и гордится только собой, своим умом, богатством, силой. Современная антихристианская Европа - это раздувшийся пузырь, который чуть было не лопнул на смех Азии и Африке и не наполнил Вселенную своим смрадом. Европа живет в зачарованном кругу различных открытий; кто бы ни объявил о каком-либо новом открыти - его провозглашают гением; кто описывает чужие открытия, того провозглашают гением. Открытий много, но ни одно из них не делает человека лучше, порядочнее или просвещеннее. За последние 1000 лет Европа не сделала ни одного открытия в области моральной или духовной, а только в материальной, причем эти открытия уже подвели человечество к самой грани пропасти, завели в духовный мрак, какого еще не было в истории христианства, своим ли умом или по наговору евреев.

Когда был создан телескоп, европейские ученые объявили это во вред Евангелию Христову. Создан микроскоп - опять хуление Христа. Когда была создана железная дорога, паровой двигатель, созданы телефон и телеграф, то весь воздух сотрясался от европейского самохвальства. Когда люди создали подводные лодки, самолеты, телефоны для больших расстояний, тогда Христос показался им ненужным и несовременным, как египетские мумии. Однако все свои открытия в течение последних 200 лет Европа использовала для своего самоубийства в мировых войнах, для преступлений, разжигания ненависти, разрушений, обманов, насилий, осквернении народных святынь и святых обычаев, для лжи и непорядочности, для разврата и безбожия во всем мире, На самом деле, Европа обманула только саму себя, ибо нехристианские народы, увидев, что собой представляет и чего хочет Европа, назвали ее Белой демонией.

Царь Давид говорит: "Иные колесницами, иные конями, а мы именем Господа Бога нашего хвалимся" (Пс. 19, 8). - Хвастуны уснули, упиваясь своей ложной славой, а мы восстанем в бодрости. Апостол Павел еще настоятельнее напоминает: "Человек! Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил, что хвалишься, как будто не получил?" (1 Кор. 4, 7). Знай, что и все открытия сделаны в Божием владении и перед Ею очами, и научись смирению.

Выход из всех безвыходных положений

Этот выход есть Господь Иисус Христос и Его Божественное творение - Церковь, которой Он - Глава, а она - Его Тело. Апостольская, святоотеческая, соборная, вселенская, православная вера в эту Церковь и является воскресением из всех еретических смертей. Любая ересь, так или иначе, сводится к человеку и заменяет им Богочеловека Христа, а этим она отвергает Церковь, которая вся от Богочеловека и в Богочеловеке. Спасение от этого возможно лишь через возвращение к Православной вере. К Апостольской, Богочеловеческой вере: возвращение на Богочеловеческий путь св. Апостолов и св. Отцов, к их непоколебимой Православной вере в Богочеловека Иисуса Христа, к их благодатной Богочеловеческой жизни в Церкви Духом Святым, к их свободе во Христе, которой (свободой) Он нас освободил, к их Богочеловеческому благодатному опыту в Духе Святом, к их святым, Богочеловеческим добродетелям. "Отец Православия", "тринадцатый апостол" - св. Афанасий Великий говорит - "Мы содержим, храним веру Вселенской Церкви, которую Господь дал, Апостолы проповедали, Отца сохранили. Ибо на ней Церковь основана, и кто отпадет от нее, тот не есть христианин и не может называться христианином" (Письмо Серапиону, 1, 28-39). Только так можно спастись и освободиться от рабства человекоугодия и человекослужения, и стереть все грехи, ибо рабство это подобно идолопоклонству. Без решительного апостольско-святоотеческого следования за Единым Истинным Богом, Богочеловеком и Спасителем Иисусом Христом все еретики безвозвратно утонут в мертвом море "культурного" идолопоклонства и будут служить кумирам, в которых нет спасения, нет воскресения, нет обожения для такого тленного унылого существа, каким является человек.

Святые Отцы Седьмого Вселенского собора, избавленные Богочеловеком Господом нашим Иисусом Христом от всякого идолопоклонства, вот о чем нам благовествуют и что нам завещают в качестве единственного Православного пути, Богочеловеческого пути, которым необходимо следовать, не взирая на помрачение этого мира и этого века: "Святые отца наши, исполняя Божественную заповедь Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, поставили свечу Божественного знания так, чтобы всем светила в доме, т.е. всем славящим Бога в Православной Вселенской Церкви, чтобы ни один из них не споткнулся о камень еретического зловерия. Ибо святые отцы изгоняют прочь всякое еретическое заблуждение и отсекают гнилые члены, если они неизлечимо больны; они очищают гумно, а пшеницу, т.е. всякое питательное слово, подкрепляющее сердце человека, собирают в житницу Православной Вселенской Церкви, а солому еретического злого учения выбрасывают вон и сжигают огнем неугасимым.,. И мы, всячески придерживаясь догматов и дел Богоносных отцов наших, проповедуем едиными устами и единым сердцем то, что они нам передали, ничего не добавляя и ничего не отнимая от того, но в том утверждаясь и укрепляясь, так учим и исповедуем, как шесть святых Вселенских Соборов постановили. И мы веруем... что "нас спас не ходатай, не Ангел, но Сам Господь" (Ис. 63, 9), и за Ним следуя и Его глас приемля, мы велегласно восклицаем: не собор, не царская власть, не заговор Богом проклятых спасли Церковь от идолов, но Сам Господь славы - воплощенный Бог спас и освободил Церковь от идолопоклонских заблуждений. Потому Ему слава, Ему благодать, Ему поклонение, Ему хвала, Ему величие, ибо искупление и спасение Его суть, Им совершены, поскольку Он Один имеет силу полностью спасти, чего не имеет ни один из тленных людей. Итак как пророки провидели, как Апостолы научили, как Церковь приняла, как учителя возвели в догмат, как вселенная согласилась, как Благодать научила, как Истина Себя явила, как ложь была прогнана, как Премудрость явилась, как Христос утвердил - так мы мыслим, говорим, так проповедуем Христа, истинного Бога нашего...

Это вера апостольская, это вера отеческая, это вера Православная! Это вера утвердит Вселенную! (Деян Св. 7-го Вселенского Собора, заседание 4; и Синодик Православия).


Добавить комментарий


© 2009-2017 eshatologia.org. Сайт Архиепископа Виктора (Пивоварова).
При перепечатке материалов активная ссылка на сайт www.eshatologia.org обязательна.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Союз образовательных сайтов Маранафа: Библия, словарь, каталог сайтов, форум, чат и многое другое. Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru